Со всей дури!

– Девчонки, вы тут чего? – заглянул к нам Михаил.

– Мы? Мы тут сдружились! – объявила Маруся.

– Вот здорово! Знаешь, Лада, ой, ничего, что я на «ты»?

– Правильно! Будем на «ты». Мы же теперь друзья?

– Блин! Как Ваньке-то свезло! Ваня!

– Что случилось? – возник в дверях мой генерал.

– Знаешь, ты такую правильную бабу нашел!

– Да, Ванечка, ты себе правильную жену нашел, а мне правильную подружку. А то у меня в Москве с подружками напряженка! А Лада хоть младше меня, но мы с первого взгляда подружились, правда, Лада?

Потом мы сидели за столом, уложив Анютку, ели, пили, Миша чудесно пел приятным тенорком старинные романсы, словом, мне было удивительно хорошо в этом доме и меня ничуть не смущала некоторая безвкусица обстановки, я даже находила в этом определенную прелесть и старомодный уют. А ведь в доме свекрови именно это показалось мне почти нестерпимым. Просто я тогда не поняла, откуда это ощущение неуюта… И вправду от любви мозги отшибло. В какой-то момент мы решили на такси отправить Ваню за Анюткиным барахлишком. Он звал меня с собой, мол, он сам не разберется, что надо брать, но Маруся твердо заявила:

– Нет, Ваня, езжай один! В отсутствие твоей мамы Ладе лучше туда не ходить. А то потом не оберешься…

– Марусь, не выдумывай!

– Ванька, я с тобой поеду! – вызвался Миша. – Я в детском шмотье прекрасно разбираюсь.

– Правильно, Мишка, езжай ты! – обрадовалась Маруся.

– Лада, а ты не могла бы отвести меня к тому стилисту, ну, который Лидку… Я хочу новый имидж!

– Запросто! Только, по-моему, у тебя с имиджем все в порядке.

– Да просто хочется чего-то нового, я вот смотрю «Модный приговор»…

– Да без проблем! Маруся, пока они ездят, расскажи мне про Ваню.

– Здрасьте, приехали! Что ж тебе про него рассказать? Хороший он, добрый, честный до изумления, за что и пострадал. Чуть его не разжаловали. И сослали уже в Хабаровский край… Но тут, слава Богу, министра поменяли, а ему, видать, честные нужны.

– А с женщинами… Ну, неужели за все годы не было у него постоянной женщины?

– Насколько мне известно, нет. Он два раза обжегся…

– Ну да. Несколько лет назад познакомился с одной… Красивая была, прям кинозвезда. И он ей здорово глянулся. И она вроде ему показалась… Было у них, только недолго. Тут как начали его гнобить, она и соскочила. Зачем ей опальный?

– Не любила, значит.

– Он не горевал. Пожал плечами, мол, все они такие. Никогда не женюсь, сказал.

– Мне он о ней даже не заикнулся.

– А о чем тут говорить? Я сколько раз ему говорила: Ванька, женись! И баб ему сватала. А он смеется: зачем? Проблем с женщинами у меня нет. Выбор огромный, а жениться мне к чему? Чтобы она меня предала? Когда жена – это больно. И весь сказ.