Со всей дури!

Маму увезли в больницу, ей стало совсем плохо. Но врачи говорят, что это обратимо… У нее гипертонический криз.

– Простите, а с кем же ребенок?

– Я отвез ее в садик. Скажите, Лада… она очень сердится?

– Господь с вами! Она не сердится, она просто очень огорчена, очень.

И мама что-то добавила шепотом.

Иван рассмеялся, но как-то горько.

– Она могла такое подумать? Немыслимо!

– Иван Тимофеевич, хотите омлет?

– Хочу! Лада говорила, что ее мама делает лучший в мире омлет!

Идиотка, сказала я себе, стоишь тут, подслушиваешь, а он здесь, рядом… Я судорожно ополоснулась, привела в порядок лицо, и, накинув халат, побежала в кухню.

Он вскочил, прижал меня к себе.

– Я так соскучился! Чуть не помер с тоски!

– Ладошка, достань из холодильника сыр…

– Ладошка? Как хорошо! Боже, я сроду не ел такого омлета! Восторг! Спасибо, Евгения Петровна.

– Вот, Ванечка, это твоя теща!

– Я надеюсь, что с тещей все будет значительно проще, чем со свекровью… – горько проговорил он.

– Ничего, все еще образуется, – сказала мама.

– Я не уверен. Но ведь мы сможем это пережить, да?

– Маму Ивана Тимофеевича отвезли в больницу. Малышка сейчас в саду, но вечером, я полагаю, нам надо ее забрать?

– Нет, – отрезала я. – Этого делать нельзя!

– Почему? – в один голос воскликнули мама и муж.

– Это только усугубит ситуацию.

– Но как же быть с ребенком, Ладошка?

– Насколько мне известно, у Надежды Мартыновны есть соседка, они дружат. Анечку заберет из сада Иван, он останется с ней до завтра, а соседка с радостью поможет беспомощному генералу.

Я говорила достаточно жестко, а они смотрели на меня с недоуменным осуждением.

– Да поймите вы, если Надежда Мартыновна узнает, что девочка со мной, ее состояние может усугубиться. А так и сын будет при деле и не со мной, и девочка у ее подружки… Она быстрее успокоится, придет в себя. И скоренько запросится домой.

– Нет, это чепуха, в таком случае она, то есть мама… Она нарочно будет затягивать… чтобы я был не с тобой. Я знаю, что делать!

– Я попрошу жену Миши Устюжанина. Она хорошая женщина, воспитала двоих детей, обожает маленьких, с удовольствием будет возиться с Анюткой, и мама будет спокойна.

– А эта женщина не работает?

– Нет. Она домашняя хозяйка. Я ей сейчас позвоню. Вот только кофе допью…

– Иван Тимофеевич, попробуйте этот сыр. Аргентинский, ничуть не хуже французского…

– Спасибо, только не зовите меня по имени-отчеству, пожалуйста. Лучше просто Иван…

– Попробую. Нет, я буду вас звать Иванко. Когда-то у моей мамы была подружка, она своего мужа всегда звала Иванко!

– Да хоть горшком! – улыбнулся мой генерал. – Спасибо, все очень вкусно! Разрешите, я пойду позвоню.

– Да-да, идите в комнату.