Со всей дури!

Это классный тест!

И я послала генералу сообщение: «Хочу по-настоящему замуж! И это не обсуждается!»

Ответ пришел через две минуты.

«Согласен! Подаем заявление 9 марта. Это не обсуждается!»

– Пашка, ты мой добрый ангел! – возликовала я.

– Я просто стратег, – скромно потупил озорные глаза племянник.

Мама так устала от перелета, что, к счастью, не заметила моего дурацкого сияния. Даже беспокойным мыслям о сестре не удалось погасить его.

– Ох, как же я рада вернуться! Павлушка, как мама?

– Все путем, бабуля!

Мы с ним решили маме пока ничего не говорить.

Дома мы втроем напились чаю с дивными вафлями, которые по-чешски зовутся облатками, – это тонюсенькие круглые штучки размером с хороший блин, хрустящие, с разными начинками. Впервые я их попробовала в Карловых Варах, когда была там проездом. С тех пор мама, которая каждый год ездит в Мариански Лазни лечить спину, привозит мне штабеля этих вафель.

Когда Пашка ушел, я помогла маме разобрать чемодан.

– Ох, хорошо дома! Как ты тут без меня, Ладошка? Не оголодала?

Мама открыла холодильник.

– Ой, а что это? Красная икра? Откуда в таком количестве?

Я совсем забыла, что Ваня заставил меня взять домой эту икру.

– Мне привезли с Сахалина. Попробуй, мама, мы такой никогда не ели! Хочешь, сделаю бутерброд?

Я сделала бутерброд.

– Ладошка, а ты тут часом не влюбилась? – Мама пристально смотрела на меня.

– Влюбилась, мамочка, как ненормальная!

И с чего я вздумала скрывать это от мамы, дура набитая?

– Это он привез икру?

– А икра и впрямь божественная! Он что, с Сахалина?

– Нет, мама. Москвич.

– Давай, рассказывай! Он кто?

– Он? Он, мама, генерал-майор авиации. И Герой России.

– Господи помилуй! Ты где взяла его?

– Мама, я замуж за него выхожу! Я люблю его, просто, можно сказать, умираю от любви!

– Матерь Божья! А сколько ж ты с ним знакома?

– В общей сложности два дня и две ночи.

– Так! Опять, значит, со всей дури… А сколько ж ему лет?

– Через месяц будет сорок семь.

– Ладка, – поморщилась мама, – почти пятнадцать лет разницы – это чересчур. Ты ж еще совсем молодая, а он…

– Мамочка, если б ты его видела!

– У тебя есть его фотография?

И я протянула маме айфон.

– Да… Хорош! Красавец мужчина. Хорошее лицо. Не похож на грубого солдафона.

– Что ты, мама! Он такой нежный, такой чуткий… Он когда пришел сюда за мной, мне показалось, что он даже слегка оробел.

– Его, по-моему, смутила твоя квартира. Обилием книг, как я поняла.

– Нет. Его жена давным-давно бросила с двухлетней дочкой. Дочку вырастила его мама, кстати, хорошая женщина. Добрая, радушная…

– Ох, а как его зовут, твоего героя?

– Ваня. Иван Тимофеевич Столетов.

– «Мама, я летчика люблю», так, что ли?

– Надо мне с ним познакомиться, детка.