Со сводными братьями

Потом он начал мять и сжимать их, крутить соски. Стало больно, и я дернулась.

Открыв глаза, увидела два улыбающихся лица, от которых исходила любовь и сильное желание. Почувствовала его увеличившийся в размерах член, колом торчащий у меня между бедер.

– Я бы хотел попробовать ее попку первым, – прошептал Паша.

– Давай, как обычно, бросаем монетку.

Пока они решали, кто меня будет первым иметь в анус, я все еще пребывала в эйфорическом состоянии, не подозревая, что будет дальше. Я уже не нервничала. Я доверяла братьям.

Только немного удивилась и подумала, что в попу такая махина точно не влезет. Он и во рту целиком у меня не помещается. Ирония судьбы – никогда не думала, что позволю парням вставить в зад, а в итоге позволяю это сделать своим братьям, не опасаясь, что они порвут ее со своими размерами.

– Решка, – сказал Паша.

– Окей, кидаю.

Послышался звон, а потом разочарованный стон Макса.

– Есть! Я выиграл. Я лишу ее анальной невинности! – обрадовался Паша. – Вика, ты моя!

Крепкие пальцы рук Паши перекинулись с груди на промежность и чередовали дырочки, надавливали на стенки, входя внутрь, прокручивались, в открывающихся отверстиях и я вздрагивала каждый раз, но инстинктивно подмахивала ему, приподнимая бедра. Что-то навязчиво зудело в мозге о необходимости остановиться, но тело отказывалось подчиняться и требовало продолжения."

"Паша надавил головкой члена на вход в анус. Ощущение напугало, но сама на подсознании приготовилась к вводу туда такого массивного ствола. Сомкнула веки, так менее страшно, донеслось горячее дыхание, смешанное с алкоголем.

– Начнем? – спросил Паша, но ждать ответа не стал, а продолжил. – Через это все проходят, ты не первая и не последняя. Словишь кайф, потом меня вспоминать будешь. Я всегда теперь буду твоим первым.

Он сказал это и сразу качнулся вперед, надавив на вход в анал. Попа начала сопротивляться и не впустила член. Паша рукой надавил и протолкнул свой агрегат в кишку. Почувствовала боль и дернулась, из горла вырвался вскрик, пришлось сжать в кулак руку Макса, который сидел рядом со мной.

Ствол Паши медленно входил внутрь все глубже, и казалось, разрывал там стенки кишечника.

– Сейчас станет легче, потерпи немного. Больно только сначала. Потом как по маслу пойдет. Будешь долго вспоминать наш первый раз. Ну и горячая ты козочка, давно таких не трахал.

Захотелось избавиться от проникающей в меня боли, оттолкнуть брата, но я не решилась. Тела слились в единое целое, я глубоко задышала, когда он начал двигать внутри свой поршень, смешивая вместе боль, возбуждение и наслаждение.

Сознание, взбудораженное началом проникновения, и пронизанное болью уверенно возвращалось на место.