Со-рин твоего дома

 – Живой! – Заглядывала ему в глаза, обхватив ладонями змеиное лицо, целуя его в губы, прося прощения за свою слабость и, может, в какой-то степени за трусость. Я ведь ничего не сделала. Ничего! А только смотрела, как ему причиняли боль те твари!

Вспомнив лордов и их «людей», вздрогнула и со страхом попыталась оглянуться, не понимая, почему мы снова вместе и почему глаза блондина все так же теплы и светлы, как раньше. Еще и пытается меня успокоить, осторожно прижимая к себе. Ласково что-то шепчет, снова называет своей глупой маленькой надин, пытается мне что-то объяснить и не дает посмотреть, что там у меня за спиной, придерживая за голову. Чего это он?

Лучше б я не оборачивалась…

Они лежали на полу. Шесть бездыханных трансформированных тел с гигантскими змеиными хвостами, переплетенными в клубок. Серебряные и фиолетовые. Линхи и нарры. Когда-то красивые, полные жизни и звериной силы, а теперь обезображенные смертью, потому что, судя по застывшим выгнутым телам и ужасному оскалу, а еще стеклянным пустым глазам, слегка вылезшим из орбиты, их последние минуты приятными назвать было сложно. Поцелуй иссаэра дарит наслаждение, а вот поцелуй дис-иссаэра может отправить и в ад. Теперь я поняла, зачем он так близко их к себе подпустил, Анаишшш воспользовался своим ядом. Но…

– Они не… – с беспокойством посмотрела на блондина, осторожно прикоснувшись к его мраморному лицу, боясь услышать ответ, – не из… – запнулась под пронзительным тяжелым взглядом.

– Нет, не успели. – Улыбка, пробравшая все мое нутро. – Мне тоже хватило нескольких секунд, надин. Как и ему. – Мстительно. – Я умею убивать быстро, Лена, и если хочу, очень болезненно. Очень! Осуждаешь, с-с-сладкая? – Перехватил мою руку и, прижав к своим губам, непонятно на меня посмотрел, словно чего-то ждал. Как приговора…

– Дурак, да?! Да я сама бы их на ленточки пустила, если бы могла! Я ведь думала… и видела… – Истерика началась по новой. – Сволочь!!! Не мог нормально предупредить?! Я так за тебя испуга-а-алась! Они такие большие и страшные, а ты… Я ведь тебя люблю, сволочь! – Снова прижалась губами к трансформированному рту нааганита, нечаянно оцарапавшись об торчащие острые иглы клыков. Но меня это и близко не напугало.

Глаза белого змея словно прояснились. Мягко улыбнувшись, снова меня обнял и стал успокаивающе гладить по голове, слегка покачивая, как ребенка, а я, вцепившись в сильную шею, продолжала бессвязно бормотать, что он сволочь и гад! И чуть не довел меня до инфаркта! Я и правда очень за него испугалась…

Хмыкнув, со мной согласились. А потом, прошептав:

– Тебе нужно отдохнуть, маленькая со-рин, все будет хорошо, поспи, – приказал нуарру вколоть мне фаалин.