Попаданка со стажем

Я пытаюсь опуститься на пол, но отец не позволяет, подхватывает меня, обнимает, прижимает к себе. Я хватаю его за руки, утыкаюсь в плечо и тихо плачу, между всхлипами рассказываю, какая я была глупая, как мне жаль, что я причинила столько боли, что я люблю, скучаю.

Отец сглатывает и называет меня детским прозвищем:

– Ни-ни.

Признал!

Я продолжаю взахлёб рассказывать, как тётя настраивала меня против учёбы, как Тиана хвалила за толстый слой пудры на лице, как мне подбирали вульгарные украшения и уверяли, что мне идёт. Рассказываю, как плохо мне было, когда я прозрела и осознала предательство.

Плакать тоже надо правильно. Чуть перестараешься, и сочувствие сменяется раздражением, поэтому я позволяю отцу себя успокоить, всхлипываю в последний раз, повторяю, что сожалею об ошибках и люблю, замолкаю. Отец по-прежнему обнимает меня, успокаивающе гладит по спине.

Интересно, смогла бы Нишаль с ним помириться? В каком-то смысле я сейчас делаю то, что должна была сделать она. Из того, что я о ней знаю, вряд ли бы она сообразила извиниться, скорее бы винила отца за то, что он её не защитил. Для неё в любом случае поздно – свадьбу бы она сорвала и с Каланом не справилась, так что всё правильно получилось, у неё есть шанс прожить новую жизнь счастливо.

– Прости, – выдыхаю я, в притворном смущении пытаюсь спрятать лицо.

– Девочка моя, я теперь с тобой, всё хорошо. Больше тебя никто не обидит. Прости, я…

– Исполнение долга перед его императорским величеством это важно. Отец, я понимаю. Вы приезжали и видели, что я счастлива и всем довольна. Я и была счастлива, пока не узнала, что всё кругом ложь.

Я вздыхаю и начинаю рассказывать, как тётушка баловала меня, ни в чём не отказывала, приводила учителей, которые за деньги легко соглашались… не учить, как позволяла мне пропускать уроки или как привела ко мне невероятно занудную мастерицу, которая начала урок вышивания так, что сходу отбила всякое желание браться за иголку.

Про Тиану и Калана я умалчиваю, доказательств у меня нет, хватит и пары случайных намёков. Я рассказываю про попытку Тианы соблазнить Тенера, Тенер, уверена, подтвердит. А про Калана отец додумает сам, голова-то есть на плечах.

– Вот как. Убью.

Отличный отец! Определённо, мы поладим.

– Кого? – с улыбкой спрашиваю я.

– Тасина. Он должен был следить за своей женой и дочерью.

Дядя о происходящем знал и позволял. Зачем давать жене деньги, когда жена прекрасно доит племянницу? Добрых чувств я к дядя не испытываю.

– Если убьёшь, то у тебя потом проблемы будут, – у нас ведь нет пруда с лотосами и Тенер из-за куста не следит, чтобы потом подчистить все хвосты.

Отец зло щурится."

"– Я попросила его высочество помочь мне разобрать учётные книги, – перевожу я разговор в более мирное русло.