Место рядом со мной (СИ)

Достаю ствол, взвожу курок и пытаюсь ещё раз убедить себя: это не мой выбор, это её выбор!"

"Мара сидит у костра, спиной ко мне. И тихо поёт ту же странную «горловую» песню, которую в моём сне пел тот седовласый на берегу озера, в котором я вязнул. Это завораживает. Но я стряхиваю с себя морок.

Не реагирует на моё приближение. Приставляю ствол к её затылку, опуская зеркало на землю рядом с ней.

Эпилог

Приставляю ствол к её затылку, опуская зеркало на землю рядом с ней.

– Привет, шаманка.

– Доброй ночи желать не буду. С добром ко мне не приходят.

– Где твоя рысь?

– На охоте.

– Ты же не врёшь мне?

– Нет. Йага охотится на волков.

– Людоедка и волкодавка?

– Именно так.

На запястье Мары браслет. Чувствую облегчение от того, что её кисть не ампутирована, потому что это был единственный реалистичный способ избавиться от браслета, который я нашёл.

– Как ты это сделала?

– Обошла твоё украшение? Элементарно. Дитилин – вещество краткосрочного действия. Отключает мышцы, отвечающие за дыхание и сердечную мышцу. Но ненадолго. Десять-двадцать минут – и его активность падает в геометрической прогрессии. Но для того, чтобы умереть, достаточно и минуты, да. За воротами меня встретила реанимационная машина, которую организовал Иван. Они положили меня под аппарат искусственного дыхания и включили стимулятор сердечной мышцы на полную мощность. Одновременно воткнули капельницу, чтобы быстрей вывести барбитурат, дитилин и продукты его распада. С остальным моё здоровое тело справилось само. Было жёстко, но умру я не от дитилина, а так, как решила. И это не будет спонтанно.

– Будет, Мара. Если мы с тобой сейчас не договоримся – будет.

Она медленно встаёт. Делаю два шага назад, не отводя от неё прицела. Разворачивается. И внутри меня щемит. Я не хотел бы стрелять в лицо. Грудь сводит от болевого спазма. Пусть это всё закончится скорее… Хоть как-нибудь.

В её взгляде столько власти надо мной, что язык больше не поворачивается требовать ещё что-то.

– Я прошу тебя, Мара. Мы можем стать родными...

– Мы давно родные. Просто ты не помнишь.

– Мара, поехали домой.

– Мы с тобой дома, Серый.

В какое-то мгновение я вдруг понимаю, что не выстрелю. Что лягу, как она и предложила, к её ногам. И даже буду носить ей эту чёртову зайчатину. Я остаюсь, блять, ты победила, шаманка. Пусть очень немного будет у меня времени, но умрёшь ты не от моей пули. Я готов принять твоё предложение, Мара. Пусть моё место будет рядом с тобой.

Ствол начинает медленно опускаться, словно прочерчивая линию между её глаз по красивым губам, по вздёрнутому подбородку… Между грудей… Ниже…

Неожиданным ударом меня сносит с ног пахнущей острым мускусом стихией, сминая животным ужасом. Кисть рефлекторно сжимается, я слышу выстрел…

Меня почему-то контузит от его громкости.