Этюд со смертельным исходом

— Ну что?

— В каком смысле? Вы имеете в виду…

— Не умничай, ты! — толстяк явно был не в духе. — Перед дружками своими — педиками выделывайся. А не передо мной!

Советник всем своим видом показывал, что незаслуженно оскорблен.

— Ну? — не обращая внимания на его переживания, повторил хозяин.

— Операция уже вдет. Пока события развиваются нормально… Первый контакт прошел без осложнений, стороны остались друг другом довольны.

— Когда результат будет?

— Думаю, еще неделя. Дней десять…

— Смотри! Я в Москве наслушался… всякого. Если дело с портом не выгорит… Там счет уже не на миллионы — на миллиарды! Дол-ла-ров!

— Я понимаю.

— Ни черта ты не понимаешь, — тоскливо вздохнул толстяк. — Думаешь — уволят? Или просто шлепнут? Не-ет… Мы с тобой будем подыхать долго и трудно. И очень больно… Старайся. И Пинкертону этому скажи: сделает как надо, будет до старости икру ложками жрать и «баксами» подтираться. А нет — пусть лучше сам удавится. Если успеет. Ясно?

— Да. Мы постараемся.

4

— A-а! Заходите, заходите… — День для Крамского прошел довольно удачно, и теперь, перед отъездом домой, он был даже не прочь развлечься беседой с Беляевым и его коллегой из компетентных органов. — Что нового на невиди…

Он вынужден был осечься на полуслове — гость из «регионалки» быстро приложил к губам палец. Затем поманил за собой удивленного хозяина. Выходя вслед за Беляевым, Крамской остановился рядом с уже очутившимся в кабинете Александром Ибрагимовичем, собираясь пропустить его вперед, но чекист отрицательно покачал головой — так надо! Пожав плечами, бизнесмен шагнул в холл, после чего Беляев плотно прикрыл обитую кожей дверь.

Крамскому стало не по себе, и он пожалел, что так уж скрупулезно выполнил телефонную договоренность: отпустить секретаршу, убрать личную охрану и Барсика… Хотя, конечно, пост у входа визитеров зафиксировал, если удастся нажать тревожную кнопку…

— Не волнуйтесь. Все в порядке, — угадав мысли хозяина, полушепотом сказал Беляев, — сейчас поймете… Только не говорите ничего! Вообще — ни слова, договорились?

— Хорошо, — вновь пожал плечами Крамской. Он уже сообразил, что убивать или мучить его не будут.

— Пошли! — сыщик аккуратно открыл дверь в кабинет и посторонился.

Первое, что бросилось в глаза вернувшемуся в кабинет бизнесмену, — черный пластиковый дипломат, раскрытый прямо на его столе. Какие-то провода, индикаторы, никелированные детали непонятного назначения… Насупленный напарник Беляева медленно водил похожим на миноискатель прибором вдоль деревянной обшивки стен.

Крамской почесал переносицу — он был достаточно умен, чтобы понять суть происходящего.

Александр Ибрагимович переместился к шкафу, продолжая проверку.