Сны инкуба

Потом посмотрел на меня, тщательно сохраняя спокойное выражение лица.

— Я не против оставить тебя и Натэниела наедине с ardeur’ом. Вопрос в том, не против ли ты?

Я пожала плечами.

Он покачал головой:

— Нет, Анита, я должен получить ответ перед тем, как уехать.

Я вздохнула.

— Тебе надо успеть туда, пока волк не потерял контроль окончательно. Езжай, все будет в порядке.

Он посмотрел недоверчиво.

— Езжай.

— Я не только о тебе беспокоюсь, Анита.

— Я сделаю для Натэниела все, что смогу, Мика.

Он нахмурился:

— И что это значит?

— Значит то, что я сказала.

Ответ его не слишком устроил. Я добавила:

— Если ты будешь ждать, пока я скажу: «О да, все путём, я утолю ardeur и дам Натэниелу», за это время волк перекинется, копы его застрелят, прихватив ещё парочку штатских, пока ты ещё из дому не выйдешь.

— Вы оба мне дороги, Анита. Наш пард дорог. То, что случится сегодня здесь, может переменить… все.

Я сглотнула слюну — вдруг мне стало трудно смотреть ему в глаза.

Он взял меня за подбородок, приподнял:

— Анита?

— Я буду хорошая.

— Что это значит?

— Я не знаю, но сделаю все, что в моих силах, и больше этого я ничего не могу предложить. Я никогда не знаю наперёд, что я буду делать, когда проснётся ardeur. К сожалению, это правда. Сказать что-то другое — значит соврать.

Он глубоко вдохнул, грациозно поднялась и опустилась его грудь.

— Наверное, на этом я и успокоюсь.

— А что же ты хотел бы от меня услышать?

Он наклонился и нежно поцеловал меня в губы. Редко мы целовались так целомудренно, но когда ardeur так близко, Мика был осторожен.

— Чтобы ты сказала, что ты это берёшь на себя.

— Что значит — «беру на себя»?

Теперь вздохнул он:

— Мне надо пойти одеться.

— Ты возьмёшь джип?

— Нет, свою машину. Тебя может опять вызвать полиция на новый труп, а все твоё снаряжение в джипе.

Он улыбнулся мне почти печально и пошёл одеваться. Я услышала его тихое восклицание, когда он свернул за угол, и разговор с другим мужчиной. Голос не Натэниела.

Из-за угла выплыл Дамиан.

— Сильно же ты отвлеклась, если не учуяла меня раньше.

Он был прав, я отлично чую нежить. Ни один вамп не мог бы подойти ко мне так близко незаметно, тем более Дамиан.

Он мой слуга-вампир, как я у Жан-Клода — слуга-человек. Ardeur мне достался по вине Бёлль Морт и Жан-Клода — их наследие, заразившее меня. Но то, что Дамиан — мой слуга, это уже я виновата. Я — некромант, и, очевидно, сочетание некромантии с состоянием слуги-человека даёт непредвиденные побочные эффекты. Один из них и стоял сейчас у входа в кухню, глядя на меня глазами цвета зеленой травы. У людей таких глаз не бывает, но у Дамиана, очевидно, были, потому что превращение в вампира не меняет исходных черт. Может побледнеть кожа, могут удлиниться кое-какие зубы, но цвет кожи и глаз останется тот же.