Снова и снова

Димка устало падает на диван, стягиваю с него куртку, и парень тут же отключается. Отлично, минус один.

Возвращаюсь в коридор, Дёмин выглядит слегка трезвее своего одноклубника. Даже умудрился снять кроссовки и уже стягивает куртку.

— Ну и что это за театр абсурда?

Мне для полноты картины, наверное, только скалки или сковородки в руках не хватает. Кир тянется ко мне, абсолютно не проникшись моим грозным видом.

— Женечка… — обхватывает ладонями мое лицо, а на губах играет счастливая улыбка. Она так заразительна, что и я сдаюсь. Обнимаю шатающегося Дёмина за талию и тяжко вздыхаю.

— Досталось же мне такое… чудо.

Не знаю, сколько мы так стоим на пороге, но в итоге я заставляю Кира лечь спать. Довожу до кровати и, выключив во всей квартире свет, укладываюсь рядом.

Знаю, что он уже спит, но когда я оказываюсь рядом, меня уже привычным жестом обнимают сильные руки парня и притягивают к себе под бок.

Сегодня я засыпаю со счастливой улыбкой на губах. Конечно, утром еще устрою воспитательную беседу этим двоим и дам нагоняй за нарушение спортивного режима, но сейчас так приятно знать, что важные для меня люди помирились. Один, крепко прижавшись, посапывает над ухом, а второй, в полной отключке, составляет компанию Джеку на диване в гостиной.

Утром, как самая ответственная в нашей компании из трех человек, просыпаюсь с первыми лучами солнца. Первым делом собираю Джека и вывожу на прогулку, потому что последний час он без устали нарезал круги вокруг кровати, тихонько поскуливая.

Вернувшись домой, вижу, что парни все еще спят, а ведь в двенадцать у них тренировка. Думаю, Семен Семеныч по голове не погладит, если эти двое придут с похмелья и с «фоном».

Быстро сооружаю завтрак и иду всеми правдами и неправдами будить сначала Дёмина, а потом и Димку. Оба ворчат и до последнего отбиваются, умоляя дать поспать еще десять минут. Но я была бы не я, если бы не добилась своего. В итоге, ворча и еле волоча ноги, держась за гудящую, уверена, голову, Кир и Димка умываются и выползают на кухню.

— Черт, кочан сейчас разорвется, — ноет Димка, забирая из моих рук стакан и живительную таблетку аспирина.

— Между прочим, мы ради тебя так страдаем сегодня, Женёк.

— Мог бы просто прийти с тортиком и извиниться.

— Ты же не ешь мучное.

— Я бы Киру его скормила.

— Да мне и коньячок вчера неплохо зашел, — встрял Кир, отчего и получил тычок по ребрам. — А мне водички, Жень? — ошалелыми глазами смотрит Кир, изображая жутчайшую обиду.

— А с тобой мы потом еще поговорим, Дёмин.

Протягиваю стакан своему наглому коту и целую в щечку.

— Чую, ждет меня диван, — бубнит Кир, морщась. — Как спалось там, Димыч, нормально? Не сломаюсь за пару ночей?

— Лично у меня болит все, вот не знаю, от дивана или…

— От загула вчерашнего.