Снова и снова

— Где у тебя аптечка? Надо ссадины обработать, — раздевшись, спрашиваю его.

— На кухне в шкафу. Да не страшно все это, — оглядывает сбитые костяшки. — Сам напросился этот индюк.

Найдя перекись и вату, иду на поиски Кира. Тот уже в своей спальне.

— Вот, давай руку, — присаживаюсь рядом. Смачиваю тампон и прикладываю к ссадинам.

Проделывая нехитрые манипуляции, чувствую взгляд парня, отчего бросает в жар.

Обработав раны, случайно задеваю локтем его в бок, и он выдает стон.

— Что там у тебя, показывай, — оборачиваюсь в его сторону. — Снимай футболку.

— Вау, потише. А ты, я смотрю, и командовать умеешь, — но поймав мой взгляд, говорит, — слушаюсь, — и стягивает футболку, показывая свое идеальное тело. У меня перехватывает дыхание. И снова знакомое покалывание на кончиках пальцев, так хочется прикоснуться к идеальной коже!

Взгляд привлекает пару синяков, которые явно причиняют парню дискомфорт.

— У меня есть мазь, я сейчас, — ухожу, чтобы вернуться уже с нужным тюбиком средства, что мне хорошо помогает избавляться от синяков после неудачных исполнений фигур.

Кир молча поворачивается нужной стороной, и я принимаюсь за обработку последствий игры. Он сидит, буквально не шевелясь. Замер, и только губы сжаты в упрямую линию, а желваки ходят от натуги. Я мажу чудодейственным средством место ушиба и неожиданно понимаю, что тоже практически не дышу. Я уже не могу отрываться от его кожи. Руки сами тянутся к его груди, слегка оцарапывая ноготками, пробегая вдоль рельефного пресса с четкими и соблазнительными «кубиками». Чувствую, как дыхание парня становится рваным, от чего саму бросает в дрожь. А где то внизу собирается тугой пружиной, закручиваясь, желание, заставляя плотнее сжать бедра.

Сама еще не понимаю, что делаю и каково парню в этот момент, как Кир подхватывает меня и одним легким движением подминает под себя. Я даже не успеваю вскрикнуть и теперь оказываюсь прижатой им к постели. Его руки жадно ощупывают каждый миллиметр моего тела. Блуждают по оголенным бедрам, задирая платье и вызывая болезненно ноющее чувство пустоты внутри. Его взгляд затуманен, а темный зрачок «перекрывает» всю синеву его глаз. Кир жадно целует меня, впиваясь в губы почти что грубым и жестким поцелуем. Нащупывает мою ладошку и переплетает наши пальцы.

Со мной происходит странное, новое и волнующее. Чувство, что внутри пробуждается так долго спящее естественное желание. Но вместе с ним и дикий страх. Он вытесняет все возбуждение, оставляя только одну мысль в голове: «Я боюсь». Краем сознания я понимаю, к чему эти смелые ласки могут привести. И то, что Кир сейчас явно возбужден, еще немного и его будет сложно остановить, вмиг отрезвляет.

— Кир, — упираюсь ладонями в его грудь, прерывая очередной поцелуй.