Снова и снова

Только час назад мне руководство клуба сообщило.

— Вот именно. Команда осталась без капитана, на его место надо замену.

— К чему клоните, Семен Семеныч?

— Парней обзвонил, все как один твою кандидатуру выдвинули. Правда, кроме Метлицкого…

Ухмыляюсь, услышав знакомую фамилию. Ожидаемо.

— Но с ним вопрос решим. За тебя абсолютное большинство, так что перенимай бразды правления.

— Капитан команды, играющий в третьем звене? Ты смеешься, Семеныч, что ли?

— А с каких это пор у нас номер звена влияет на уровень игрока, а, Дёмин?!

И не поспоришь. В регламенте не прописаны такие оговорки.

— Завтра погоняю тебя с Карелиным и Левиным. Сработаешься, то на матч выйдешь в первом звене.

— Понял тебя. А ассистенты кто?

Тренер выдает то ли смех, то ли карканье.

— Метлицкий и Жаров.

Да уж. Один праведным гневом меня ненавидит, второй вообще хрен знает, что за персонаж.

— Единственное, что ты можешь поменять, Дёмин, — это клуб. Все, претензии не принимаются, отказы тоже. Решайте свои проблемы с Метлицким и давайте уже общими усилиями закрепимся в верхней строчке турнирной таблицы. А то пока что мы болтаемся, как… кхм… ты меня понял. Завтра земля в четыре, лёд в шесть.

— Понял, — подтверждаю, что понял сказанное, и отключаюсь.

Метлицкий, Метлицкий. То, как он оскалился, поняв, что я могу приударить за его сестрицей, мне понравилось. Уладить конфликт прошлого? Вроде и не проблема вовсе. Но я так понимаю, что мы не сойдемся во мнениях. Ведь я не собираюсь изменять свои планы по поводу дерзкой фигуристки. Она еще ответит за фингал. И без Метлицкого тут не обойдется.

На улицу вылетела, как ошпаренная. Щеки горят, руки трясутся. Черт бы побрал этого Дёмина! И как бы ни старалась, но мысли упрямо возвращаются к произошедшему в душевой. Его руки, так собственнически трогающие меня. Смелые ласки, от которых тепло разливалось по телу. И его запах, такой знакомый и почти родной. По телу пробегают мурашки, а перед глазами его довольная ухмылка. Но нет, так просто я не сдамся. Прекрасно понимаю, что я для него буду очередной, пускающей слюни.

— Главное, пройти отбор, — твержу себе под нос как мантру.

Решаюсь пройтись до дома пешком. Погода еще не зимняя, но уже и не осенняя. Раньше я любила это время года. Но в последнее время мне абсолютно все равно. На все, кроме катания. «И Дёмина», — вторгается в мои размышления внутренний голос, но я его упорно игнорирую.

Только на льду я становлюсь сама собой. Только в танце я отдаюсь своим чувствам, что разрывают меня. Именно в танец я вложила свои обиду и неразделенную первую любовь, свое унижение перед толпой ребят. Этого я никогда не смогу простить.

Нет, мне нет никакого дела до этого неотесанного, зазнавшегося самовлюбленного нарцисса. Улыбаюсь своей решительности.