Мастер снов

И прежде, чем Хэл продолжила расспросы, сказал: – Ладно, двигаемся дальше.

Мы вышли из зала, следуя по вытянутому, ярко освещенному коридору. Впереди виднелись стеклянные ворота, за которыми стоял состав Гиперпетли. Ее челноки, в отличие от городского варианта сверхскоростной дороги, соединяющей разные районы Полиса, отправлялись на другой конец материка.

– Что мы должны делать?

– Найти Никоса. Вывести его отсюда.

– Но почему Баннгок? – продолжала недоумевать Хэл, вышагивая рядом со мной на своих высоченных каблуках. – Не круиз по островам Средиземного моря, не пещеры Розенвельда, не горнолыжный курорт…

– Ну что ты, такая невероятная экзотика! – откликнулся я, припоминая свой давний восторг. – Удивительные места, невероятные антуражи. Невероятные люди и их культура. Все совсем не так, как у нас. Страна улыбок.

– В твоем голосе звучит сарказм, – неодобрительно заметила Хэл. – Хорошее название. Дружелюбное, по крайней мере.

– Да, если учитывать, что улыбку у разных людей вызывают совершенно разные вещи.

Мы подошли к платформе, и здесь Хэл ждало первое потрясение. С обеих сторон от ворот стояли штурмовики, вооруженные лазерными винтовками системы «Арес». Механические, фасетчатые глаза сфокусировались на каждом из нас по очереди, сканируя и сравнивая с оригиналом записи, переданным с пропускного пункта. Расхождений не было. Машины не пошевелились, титановые пальцы неподвижно лежали на ложах винтовок.

– Зачем такая охрана? – спросила удивленная Хэл очень тихо, едва ли не шепотом.

– Мы выезжаем за пределы Полиса, – ответил я. – В реальности все было бы точно так же. Ну что ж, начало сна весьма правдоподобно.

– Значит, в настоящем Баннгоке небезопасно? – Хэл ненавязчиво взяла меня под руку, пристально глядя на автоматизированных солдат.

Механические головы повернулись едва заметно, и моя ученица невольно ускорила шаг. Она не привыкла к столь жесткому контролю.

– Никогда не задумывалась, почему наша жизнь столь свободна, лишена страха и скованности? – спросил я, вспомнив мельком, как давным-давно мне самому был задан подобный вопрос. – Мы охраняем себя и никому не даем разрушить свой мир.

– В этом есть что-то зловещее. – Она оглянулась на штурмовиков, стоящих по другую сторону ворот и не выпускающих из внимания открытых дверей серебристой капсулы челнока.

– Нас мало. И мы слишком ценны друг для друга, чтобы позволить себе быть беспечными.

Мы сделали еще несколько шагов по перрону и подошли к составу. В бесконечной цепочке вагонов дверь была открыта только в одном. Темный прямоугольник со сглаженными углами.

– Я уже начала думать, что нас пристрелят, – тихо сказала Хэл. – За нелегальное вторжение в чужой сон.