Ловец снов

 – Наша работа – реагировать на то, что конкретные люди – голос одного, возможно, записан у вас на пленке – определили как явную и реальную угрозу населению Соединенных Штатов. Понятно, солдат?

Андерхилл посмотрел в эти тусклые глаза и отвел взгляд.

– И вот еще что, – добавил Курц. – Помните пауку?

– Ирландского коня-призрака?

– Что-то в этом роде. Когда дело доходит до кляч, знайте, эта – моя. И всегда была моей. Кое-кто в Боснии видел, как вы скакали на моей пауке. Верно?

Оуэн не рискнул ответить. Курц, казалось, ничуть не обиделся. Только взгляд стал пристальным.

– Я не потерплю повторения, Оуэн. Молчание – золото. Когда мы скачем на пауке, сами должны превратиться в невидимок. Вам понятно?

– Да.

– Полностью понятно?

– Да, – повторил Оуэн, снова гадая, насколько способен Курц читать его мысли. Сам он прочел название, словно написанное на лбу Курца. Очевидно, Курц этого хотел. Босански Нови.

4

Они были готовы к отправке: четыре команды боевых вертолетов, скомплектованные из людей Оуэна Андерхилла, заменивших парней из АНГ, которые посадили свои CH-47 на дорогу. Вертолеты уже поднимались в воздух, наполняя округу рокотом моторов, когда пришел приказ Курца снижаться. Оуэн передал приказ и перевел рычажок налево, оказавшись в диапазоне личного канала связи Курца.

– Прошу прощения, но какого хрена? – спросил Оуэн.

Если они собираются это сделать, можно бы по крайней мере поторопиться и поскорее покончить со всем. Оно даже хуже, чем Босански Нови, гораздо хуже! Отмахнуться и забыть, лишь потому, что, по словам Курца, серые человечки – не люди? В любом случае это не для него. Существа, способные построить Блю-Бой или по крайней мере летать на нем, – больше, чем люди.

– Я тут ни при чем, мужик, – сказал Курц. – Синоптики в Бангоре говорят, что это дерьмо передвигается слишком быстро. Какой-то ураган, называется Альберта Клиппер. Полчаса, максимум – сорок пять минут, и нас накроет. Учитывая, что навигационные приборы не работают, лучше подождать, если можем – а мы можем. Еще поблагодаришь меня за предупреждение.

Весьма сомневаюсь.

– Прием, прием. – Оуэн передвинул рычажок вправо. – Конклин.

Никаких званий: на этом задании приказано обращаться только по именам, особенно при радиопереговорах.

– Я здесь… я здесь."

"– Передай всем, что мы задерживаемся минут на тридцать – сорок пять. Повторяю: тридцать – сорок пять.

– Вас понял. Тридцать – сорок пять.

– Поставил бы какую музыку.

– О’кей. Заказы?

– На твой вкус. Только не «Скуэйд Энтим»[38].

– Вас понял, «Скуэйд Энтим» исключается.

Ни следа улыбки в голосе Конка. Единственный, кому происходящее так же неприятно, как Оуэну. Ну конечно. Конклин тоже участвовал в операции на Босански Нови, в девяносто пятом.