Снежный плен (СИ)

 — Я прошу тебя… Умоляю…

— Что?… — прерывается он на полуслове.

Всем телом чувствую, как Макс подходит к нам впритык. Какая же ты жестокая сволочь, Макс!

— Здравствуй, Алиса…

Голос низкий и хриплый. Бронебойный голос! Руки Давида никак не могут защитить меня от него, и я пробита насквозь.

— Отлипни на минуту, Алиса, удели мне внимание.

Задержав дыхание, медленно разворачиваюсь в руках Давида, которыми он крест-накрест прикрывает меня от Макса.

Ненавижу тебя, сволочь! Зачем ты это делаешь со мной?

— Это тебе… — протягивает он цветы. — С днем рождения.

Это мне??? Растерянно беру, поднимая на него испуганные глаза. Мои голосовые связки отказывают мне, и я даже не могу промолвить слов благодарности.

— Ты кое-что забыла у меня в душе, — он протягивает ладонь с моим обручальным кольцом. Она дрожит, а губы его белеют. — Это же все еще нужно тебе? Возьми.

Я тупо смотрю на кольцо в его ладони.

Давид опережает все мои реакции или, скорее, их отсутствие, забирая кольцо с ладони Макса. Макс зло усмехается.

— Ну что ж. Надеюсь, я внес свою лепту в ваше счастливое будущее, и все было не зря! А, да… — он достает серебристую маленькую коробочку. — Это подарок… Так… Ерунда… Можешь просто разбить!

Я на грани обморока. Макс впихивает мне в руку подарок. Зло улыбается, неверяще качая головой, и быстро уходит к выходу.

Стой… Стой! Стой!!!

Как рыба я открываю рот, чтобы остановить его. Но ничего не выходит. Мои нервы сдают, и я молча реву. Голова кружится. Сжимаю в руках цветы и коробочку, понимая, что потеряю сейчас все — подарки, сознание, Макса…

Глава 22 — На пути к себе

— Скажи мне, Алиса, что ты не знаешь этого человека! — стиснув зубы, рычит на меня Тамара.

— Люди смотрят… — шепчет Софья.

— Доченька, дай это мне, — пытаясь сгладить ситуацию, шепчет мне мама, протягивая руки, чтобы забрать букет. — Зачем тебе это?

Я отрицательно качаю головой, сжимая букет сильнее. Острый угол кожаной коробочки больно врезается в ладонь.

— Это мое… Для меня…

— Отдай цветы маме, — просит Давид тихо. — Я потом подарю тебе такие, сколько захочешь.

Зажатая со всех сторон, я стою в полном одиночестве, по лицу катятся слезы. Утыкаюсь губами в ласковый букет. Лепестки целуют мое лицо, как когда-то Макс, пытаясь успокоить.

— Это неприлично, в конце концов!

— Алиса…

— Алиса, дочка…

Вокруг меня какая-то суета, в ушах шумит.

— Мне нужно в туалет! — веду я плечами, пытаясь избавиться от рук Давида.

Практически все гости мероприятия уже ушли наверх, и оставшиеся внизу фотографы заинтересовались нашей мизансценой.

— Довольна?! — шипит на меня Тамара, кивая на частые фотовспышки. — Отдай этот чертов букет!

Ее рука пытается перехватить его. И я в секунде от того, чтобы съездить ей этим самым букетом по разъяренному лицу.