Снежный Тайфун

Поэтому я подумал, что генерал, в одиночку отступающий по дороге, будет выглядеть смешно, гораздо лучше делать это во главе вверенных мне подразделений. Приняв это решение, я бодро зашагал навстречу багровому как помидор восходящему солнцу.

Уже давно отгорел на западе кровавый закат, ушло за горизонт утомленное зимнее солнце. «Бобруйск наш» – хороший итог первого дня наступления. Немцы нас ждали, но намного позднее, примерно в полдень следующего дня, поэтому и готовились ко встрече с некоторой ленцой. Самых страшных для этих частей экспедиционных сил на плацдарме не было, а механизированные и танковые части РККА они по традиции оценивали не очень высоко. И основания на то у них имелись. Разгром наших мехкорпусов первого стратегического эшелона показал слабость старой техники, конструктивные недостатки новой и полное отсутствие боевого опыта во всех командных звеньях– от командиров взводов до командующих корпусами.

Зато настроения в отношении частей экспедиционного корпуса колебались в диапазоне от почтительного опасения до панического страха. Например, тот же Бобруйск с краткосрочным визитом в начале сентября уже посещала Севастопольская мотострелковая бригада экспедиционных сил, разгромившая тут находящийся в состоянии разгрузки из эшелонов 3-й моторизованный корпус немцев и попутно устроившая изрядный погром в городе и окрестностях. Шестьдесят тысяч советских военнопленных, за вычетом предателей и изменников, снова встали тогда в строй Красной армии, а у немцев почти полнокровный на тот момент 3-й моторизованный корпус усох до пехотной дивизии неполного штата. Ох и врезали же им тогда потомки только в этом сражении уничтожив несколько тысяч фашистов.

Первым, как и задумывалось, на магистраль «встал» этот самый разведывательный батальон. Раньше всех добравшись до разгромленного морскими артиллеристами штаба немецкой пехотной дивизии, бойцы разведбата не только озаботились сбором разбросанных повсюду секретных штабных документов, но еще и прихватили с собой нацистский флаг со свастикой, какой вражеские водители крепят на капот машины, дабы их не долбануло собственное люфтваффе, а также два десятка наиболее целых германских касок, откопанных в развалинах. Пункт дислокации немецкого штаба, правда, нашим разведчикам прошлось объезжать полями, обо четырнадцатидюймовые снаряды так расковыряли шоссе, что ему теперь требовался капитальный ямочный ремонт. Дальше бросок нашего разведбатальона в направлении на Бобруйск напоминал туристическую прогулку или учения для новобранцев.

Таким образом, разведбат занимался не столько самой разведкой, сколько расчисткой пути от мелких вражеских подразделений перед тем, как там пройдут основные силы нашей бригады.