Семь снежинок на ладони

Тем более что невеста была из рода магов, и я был в неё влюблён как мальчишка. Да я и был тогда мальчишкой. Но был ли я тогда готов стать отцом? Нет. Сейчас я понимаю, что не был. Я был готов исполнить свой долг в постели и жаждал поставить отметку о мужской состоятельности. Но совершенно не представлял, кто такие дети и что с ними делать. По моим тогдашним представлениям, дети были неразумными существами, которые обитали в детской, играли в игрушки и нарушали отцовский покой.

Лишь наблюдая за наследниками Эрика, – а видеть их мне приходилось чаще, чем каких-либо других детей и даже многих взрослых, – я стал понимать, что значит быть отцом. По-другому стали восприниматься воспоминания о папе, и я по-новому ощутил горечь потери. Я понял, что готов стать для своих сыновей надёжной опорой. Мне было чем поделиться и чему их научить. Я представил себе счастливую синичку с крошкой на руках и двух детишек, которые держатся за её платье, и почувствовал, что энергии во мне стало ещё больше. Столько, что, возможно, даже после общения с королём что-то останется.

Я оставил в памяти пометку о книгах и продолжил чтение."

"«Также я была бы вам благодарна, если бы вы посоветовали для чтения ещё какую-нибудь полезную, но доступную женскому уму литературу, которая помогла бы мне выглядеть на вашем фоне не столь бледно. Пока же мне доступна лишь одна книга из рекомендованных вами, хотя, признаюсь, в поэме о Фрейн и кузнецах мне многое непонятно».

Получив от монарха письмо с требованием немедленно возвращаться, я и думать забыл о нашей милой литературной беседе. Я точно знал, что «Ода» хранится где-то в библиотеке, но понятия не имел где. По понятным причинам я хотел бы вообще забыть о её существовании, но упрёки в адрес Вилли Сказкаарда были столь несправедливы, что я не смог промолчать. И просто хотелось немножко подразнить маленькую синичку. Но даже если бы я вспомнил об откровенной поэме, всё равно меньше всего ожидал бы, что Эмили сумеет отыскать её в огромной библиотеке. В первый же день после моего отъезда. Тут же начнёт читать и захочет поделиться своими впечатлениями.

«Я закончила читать на моменте, когда Фрейн вырывается из рук младшего кузнеца и набрасывается на “источник гордости мужской”. У меня есть версия, что речь идёт о том самом детородном отростке, который вы демонстрировали мне перед отъездом».

Отросток?! Детородный отросток?! Ещё ни разу мой источник мужской гордости так не оскорбляли!

«Я хотела ещё спросить. Моя гувернантка ми Грета рассказывала, что есть животные, которые способны увеличивать в размерах отдельные части тела в целях запугивания. Например, заморские ядовитые змеи распахивают капюшон. Мужчины надувают свой отросток в этих же целях? Если да, то ваш – страшно большой».