Семь снежинок на ладони

– Дорогая Эмилия, вы снова читаете Вилли? – расплылся я в кровожадной улыбке. – Признайтесь, вы всё же к нему неравнодушны!

– Дорогой Рауль… – Она отдёрнула руку от книги, будто это было чем-то непристойным. – Я как раз хотела с вами обсудить…

– С удовольствием обсужу с вами это произведение! – Я плюхнулся с разгону в кресло.

Что любопытно: совсем недавно я чувствовал себя обессиленным и выжатым, а теперь во мне бурлила кровь. Пузырьки ярости взрывались на её поверхности, обдавая брызгами всё вокруг.

– Я хотела о… – неуверенно возразила Эмили, но я был непреклонен:

– Обсудить сюжет? Героев? Мораль? Что понравилось тебе в пьесе больше всего? – Я положил ногу на ногу и сцепил на коленке руки в замок, чтобы не размахивать ими, как торговка на базаре.

– Ну… – замялась она.

– Мы можем почитать вместе, если ты забыла, – предложил я и потянулся в сторону книги, но тут супруга внезапно оживилась.

– В этой пьесе мне больше всего понравилось… – бодро начала она, но на последнем слове поникла, как лютик без воды.

– Ничего не понравилось? – Я удивлённо задрал брови, пока сердце моё в отчаянии проваливалось в желудок и даже ниже.

– Я не могу сказать, что не понравилось… Просто я не очень поняла, что хотел сказать этой пьесой автор, – неуверенно проговорила Эмилия, глядя в пол и стискивая пальцы.

– Да? Даже никаких версий нет?

– А вы… то есть ты, дорогой Рауль, как ты думаешь, зачем автор в конце убил главных героев? Ведь их мечты сбылись! Йарл Леир обнаружил, что его сын вырос достойным мужчиной и наследником, а Бруно добился, чтобы отец оценил его по достоинству. И даже признал, что был неправ. Пусть бы жили дальше на радость друг другу. Леир учил бы сына заботиться о землях. Ведь Бруно был воином, а не правителем. Бруно женился бы, воспитывал своих детишек в любви и заботе. Зачем? – Она пожала плечами, одновременно разводя руками, будто слов было недостаточно, чтобы выразить всю глубину её недоумения.

– Таков канон, – поведал я очевидное. – В трагедии все должны умереть.

– Да, я помню, ты говорил, что все рано или поздно умирают, всё такое… Но, Рауль, когда Сказкаард выбирал идею пьесы, он изначально решил, что эти люди заслуживают смерти! За что?!

– Ну, йарл Леир – понятно за что!

– Если он был так плох, почему же Бруно любит его, даже несмотря на то, отец выгнал его на улицу?

– Потому что Бруно – благородный воин! – почти прорычал в ответ я.

– Он таким из капусты вывелся? Если Леир был негодяем, почему Бруно не вырос подлецом, как избранный на его место парень?

– Ладно, я понял. Ты хочешь сказать, что отец – молодец, а Бруно – плохой сын. Я это уже слышал, – проговорился я о своём прошлом, но, к счастью, Эмилия этого не заметила.

– Я не говорила, что Бруно – недостойный сын, – возразила она.