Снесу крышу. Дорого

К сожалению, она не могла рассказать истинную причину своего отъезда матери. Слишком во многом пришлось бы признаться. И как бы это отразилось на здоровье мамы, еще не известно. Точнее, известно. Но плохо.

Поэтому мама так не нее обижается. И Даша хотела бы рассказать. Но не могла.

Нужно было дождаться, пока мама оттает.

И ждать зарплату на текущие нужды.

Чем бы ни было вызвано решение Полякова, оно развязывало Даше руки в отношении заначки. Поэтому теперь нужно убедиться, что зарплата точно будет, и можно перевести деньги маме.

Предпраздничный день обещал быть сокращенным. Если честно, то Даша жутко устала от бесконечной суеты, «подай-принеси-пошла вон», играми с Поляковым. С момента переезда она успела распробовать вкус свободы и одиночества, и теперь с нетерпением ожидала возможности закрыться на целых два дня. А потом рабочая пятница — и еще два дня отдыхать. И зарплата. Что может быть лучше?

Поэтому на работу Дарья примчалась вдохновленная и в прекрасном настроении. Ее очень радовала перспектива сидеть отдельно, в приемной. Пока, по новизне, Поляков не слишком понимает, насколько это угнетающе — когда с тобой в замкнутом пространстве постоянно находится чужой человек. Но скоро поймет и начнет раздражаться. А еще раньше начнет раздражаться сама Даша. Опять валерьянка, натянутые улыбки, мокрые ладони… Поэтому Несветаева активно подбрасывала дровишки в топку переезда. В общем, интриги, заговоры, злодейства… Обычный день. Без десяти четыре ушел проверяющий. Сегодня он был желчен и привередлив, докапывался до бумаг, Даша шмыгала туда-сюда по коридорам добросовестной мышью. Потом, поправив прическу перед зеркалом, ушла Елена Викторовна.

Тихонько насвистывая и сунув руки в карманы, Дарья направилась за вещами.

И в дверях директорского кабинета она столкнулась с шефом. По доброй традиции. Но на сей раз без членовредительства.

— О, Даша, я к тебе, — оптимистично заявил он. И у нее возникло подозрение, что «к тебе» — это не только в отдел кадров.

— А я за вещами, — проигнорировала намек Несветаева.

— О, ты тоже закончила? — Поляков проигнорировал ее игнор, помог надеть куртку и стал одеваться сам. — Где будем ужинать: у меня или в ресторане?

Даша тоже так умела. Вопросы с выбором без выбора. Нужно признать, Кощей много умел. И делал. Хотя его никто не просил. Он сам, добровольно. Правда, слишком напористо.

В смысле, он может не только быть напористым, но и вовремя остановиться.

— Вообще-то я хотела поужинать у себя дома.

— Хорошо, давай у тебя, — после секундной паузы он вдел в рукав руку.

— Павел Константинович, я очень благодарна вам за заботу, но, право слово, не стоит так обо мне беспокоиться, — отыграла Дарья дурочку.