Я все снесу, милый

Не собирается же она строить из себя жертву и мучиться весь день от головной боли?

Надо же было вчера так напиться!

– Затейник, я в ванную, – сказала она и на нетвердых ногах направилась в смежную комнату, не задумываясь о том, что это сугубо мужская территория.

Вошла и застыла. Развернулась и сразу же вышла.

– Перепутала малость? – съехидничал робот.

– Дан, я уже начинаю жалеть, что хотела тебя слышать, – проворчала Зоя, направляясь к себе.

Через час она снова чувствовала себя человеком. Все, с сегодняшнего дня сухой закон! Однозначно. Плюс, как бы Зоя ни пыжилась и ни брыкалась, Юлиан рано или поздно затащит ее в постель. Да и «затащит» – неверное слово. И «рано» больше соответствует правде, чем «поздно». И что делать ей – непонятно. А раз она окажется в постели Варшавского, то и беременность не за горами. Предохраняться никто не позволит. Употреблять спиртное, когда вероятность забеременеть близка, – неразумно.

– Как самочувствие? – Голос Юлиана, неслышно вошедшего в комнату, заставил вздрогнуть.

Она стояла у окна и смотрела в никуда.

– Спасибо, благодаря чьим-то стараниям значительно лучше, – пробормотала Зоя, поворачиваясь к нему и чувствуя, как краска стыда заливает щеки. При свете дня ее вчерашняя выходка казалась еще более абсурдной.

Мрасс выглядел безупречно. Впрочем, как всегда. Гладко выбрит. Свеж. На шортах и тенниске ни единой складки. Интересно, это тоже особенность мрассов – спать по нескольку часов в день, но при этом выглядеть так, точно только и делаешь, что отдыхаешь?

– Вижу, – голос Юлиана звучал нейтрально. Но Зоя все равно была наготове. Не может он без насмешек. Сейчас по-любому прокомментирует ее вчерашний запой.

Она ошиблась.

– Как твоя рука? – Почему-то диалог давался с трудом.

Варшавский раскрыл ладонь, показывая, что от пореза не осталось даже шрамика.

– Новые технологии, – сказал он, опережая ее вопрос. – Итак, готова к новому дню?

Что-то новенькое – интересоваться ее мнением.

– Смотря что предложишь, – настороженно ответила Зоя, присматриваясь к нему. В чем подвох?

– Я могу предложить многое. Но начну, пожалуй, с ночного происшествия.

Все-таки дождалась. Сразу нахохлилась, как попавший под дождь воробей.

– А что ночью было не так? Посидели, поговорили. Ничего сверхъестественного.

– Ты так считаешь? – требовательный взгляд серых глаз не отрывался от ее лица.

Зоя постаралась как можно беззаботнее пожать плечами.

Не получилось.

Движения выходили скованными. Да и актриса из нее всегда была не ахти.

– Конечно.

– А мне понравилось.

Зоя растерянно моргнула. Ей сейчас послышалось?

– Понравилось распивать вино, сидя на полу?

– Не самый плохой вариант. А еще понравился бартер – откровенность за откровенность. Продолжим?

Зоя облизнула пересохшие губы.