Снегурочка для босса

И требовательно обхватывает мои плечи большими горячими ладонями. Синие глаза так и горят, аж прожигают насквозь.

— Так… мне жизненно необходимо еще раз это услышать, поэтому повтори, Ника. Повтори для меня, радость моя! Ты… была со мной добровольно? Точно?

— Точно!

— И не жалеешь? — допытывается он.

— Вообще-то жалею, — признаюсь я и при виде опасного выражения его лица быстро добавляю: — Жалею, что у нас было всё только на уровне обжиманий. Очень приятных, конечно, но…

— Но?

Он притягивает меня ближе, и мое настроение внезапно приобретает какой-то особенный, непривычно игривый оттенок. Как это бывает у некоторых людей, которые долго балансировали на тонкой грани сильного стресса.

Поэтому я с облегченной шутливостью отвечаю:

— Но… если уж будить в девушке женщину, Матвей, то делать это надо качественно, на все сто процентов. А не так… э-э… поверхностно, как ты!

Мой первый и единственный опыт женской провокации срабатывает просто на ура. Глазом моргнуть не успеваю, как оказываюсь в объятиях Морозова. И тело сразу начинает просто плавиться и пылать от блаженства этого сладкого плена.

— Я запомню, — низким, вибрирующим голосом обещает золотой голос «Морозного клана» мне на ухо. — И разбужу тебя, как следует, моя Снегурочка. Очень… очень скоро…

— Не уверена, — примирительно говорю я и с робостью касаюсь его осунувшегося небритого лица. — Ты всё ещё бледноват. Может, тебе лекарства какие-то надо принять?..

Морозов слегка отстраняется назад, чтобы заглянуть мне в глаза. Медленно обводит пальцем мягкую линию моей щеки и губ…

А потом серьезно, без улыбки сообщает:

— Ты — мое лекарство. Я лучше тебя приму. Прямо сейчас.

​​

Глава 41. Седая история прошлого

Облако прозрачно-белого пара в душевой окутывает меня с ног до головы. Я блаженствую, стоя под горячим душем и подставив лицо упругим струям воды.

Как же хорошо на душе, когда самые главные проблемы отступают прочь! Такого восхитительного расслабления я давненько не чувствовала. Наверное, уже несколько лет.

Депрессивное напряжение последних дней не прошло бесследно, так что после нашего эмоционального разговора у меня почти сразу наступил отходняк на нервной почве. Слегка потряхивало мелкой дрожью и стало вдруг зябко.

Морозов это сразу заметил.

К моему смущенному удовольствию, он тут же развил бурную деятельность. Помог снять куртку, заказал горячий ужин с доставкой из ресторана и проводил меня в ту самую памятную сауну с душевой. Расслабиться, помыться и привести себя в порядок после тяжелого дня.

Какой же он внимательный! Обожаю его…"

"Могла ли я сегодняшним грустным утром только представить, насколько счастливым и во всех смыслах замечательным окажется вечер?..