Снегурка для опера Морозова (СИ)

— Сам смотри, — бормочу себе под нос, чтобы он не слышал, но даже не пытаюсь вырваться. Да это и невозможно, его лапища туго стягивает моё плечо.

Злится. А я не понимаю почему. Я же ничего не сделала. Ещё и натерпелась всякого в этой дурацкой полицейской машине. Женщины там неприятные, всю дорогу гадости мне говорили, издевались и пошло шутили. До сих пор неприятно и хочется помыться.

Денис открывает дверь и буквально вталкивает меня в здание. Мокрые сапоги скользят по линолеуму, но удаётся поймать равновесие. Осматриваюсь, никогда не была в полиции. С одной стороны толстое стекло с надписью «Дежурная часть» с другой стороны клетка. Там уже разместились мои «подруги» по несчастью. Кошусь на них и на всякий случай прижимаюсь к Дениске.

— Чё мент, на новенькую запал? — ехидно скалится одна из них. — Она у нас неопытная ещё, смотри, откусит.

— Чего? — округляю глаза и испуганно смотрю на Дениса. Он же не верит им?

— Ну-ка, тихо тут, — Денис бьёт папкой по прутьям клетки и идёт к дежурному. — Ключ дай от допросной.

— Зачем?

— Чё за вопросы тупые? — его ноздри опасно раздуваются.

— А оформлять как?

— Пока никак.

— Так не положено.

— Олег блядь, — рявкает Денис, а я подпрыгиваю от неожиданности.

Ничего себе, каким он бывает грозным. Мне даже становится страшно.

— Под твою ответственность.

Забирает ключ и снова куда-то меня ведёт. Бесконечный коридор и, наконец, нужная дверь. Открывает и впускает меня. Жуткое место, стены какие-то тёмно-серые, лампочка блёклая под потолком. Стол, два стула, батарея ещё советская и окно с решёткой.

— Располагайся, — кидает папку на стол, расстёгивает куртку и укладывает рядом, а мне так хочется надеть её на себя и погреться.

Смотрю на него исподлобья и присаживаюсь на краешек стула. Денис морщится и разминает шею до хруста позвонков.

— А бабушка говорила, что так делать вредно... — комментирую я и обиженно складываю руки на груди.

Денис опирается ладонями на стол и подозрительно прищуривается.

— А твоя бабушка не говорила, что чужое брать не хорошо?

— Говорила, — с готовностью киваю и улыбаюсь.

Это же все знают. А я никогда ничего и не беру. Да мне и не надо чужого. Я сама заработаю.

— Так какого хера ты моё портмоне увела?

— Че-го?

— Где деньги, Настя? — рявкает Денис и звучно шлёпает ладонью по папке.

Подпрыгиваю от неожиданности.

— К-какие деньги? — ничего не понимаю.

Я не брала никаких денег. Даже не видела.

— А ещё карты и права. Ты хоть понимаешь, какой головяк это восстанавливать?

— Но я ничего не брала, — лепечу испуганно.

Так ведь не бывает? Почему меня обвиняют в том, чего я не делала?

— Но их нет.

— А я здесь при чём?

— Так больше нет вариантов-то, — продолжает ругаться Денис. — Ты вчера свалилась как снег на голову. Втёрлась в доверие, осталась ночевать.