Снегурка для опера Морозова

 — Уже скоро он будет здесь и всем вам достанется!

— Уведи её на хрен! — психует он, оглядывая свой кабинет вернее, то, что от него осталось. — Пизде-ец…

Глава 32. Денис

Помнится, когда-то меня учили простым человеческим истинам: субординацию положено соблюдать, старших надо уважать. Но когда я стал взрослым дяденькой, усвоил ещё одну истину: если человек мразь, то все остальные привилегии, как возраст, должность или звание могут лишь усугубить ситуацию, но никак не сделать человека достойным уважения. Поэтому мне абсолютно насрать, что там сейчас верещит Коновалов и слетят ли за него с меня оставшиеся звёзды, я наконец ушатаю его за всё то дерьмо, что он мне сделал. А если он что-то сделал с Настей…

Мы даём Коновалову одеться. Моя бывшая кутается в халат и выходит в гостиную. Растрёпанная, но красивая дрянь. Смотрит на меня с претензией, порхая наращенными ресницами. Смотрю и не понимаю, что меня в ней так вставляло. Если отбросить секс, нас же ни хрена не связывало.

— Что, совсем не ревнуешь? — тихо спрашивает она.

— Тебя это так сильно расстраивает? — усмехаюсь.

— Раньше ревновал… — улыбается. — Карьерой рискнул. А сейчас не ёкает?

— А сейчас я поумнел. И жениться собираюсь.

— Ты и на мне собирался, — напоминает бывшая.

— Дурак был, думал у нас семья, — хмыкаю, засунув руки в карманы.

— А у нас что было? — бывшая вопросительно ведёт бровью.

— А мы просто иногда трахались, — равнодушно пожимаю плечами. Макс выводит Коновалова из спальни, толкает в сторону прихожей.

— Но ведь шикарно трахались, Денис, — смеётся бывшая.

— Я никогда и не говорил, что ты плохая любовница. Жены бы из тебя не вышло. Прощай.

Разворачиваюсь и ухожу.

— Это ещё почему? — заводится она."

"Не вижу смысла отвечать. Не к месту продолжение этого разговора. Да и не нужен он мне. Я ей всё сказал и для себя всё решил. Не моя это больше женщина. Вон пусть Коновалов с ней мучается, если выживет.

— Денис! — бывшая невеста догоняет меня в прихожей. Парни уже вывели её мужика, и я шагнул одной ногой через порог. — Какого хрена ты опять уходишь от разговора? Почему из меня не вышло бы жены?

— Потому что холодно с тобой, уюта в доме нет. Понимаешь? Ты… как фарфоровая кукла. Красивая, но пустая. Из рук в руки легко переходишь.

— Козёл! — злобной коброй шипит она.

— Какой есть. Пора мне. Коновалова на завтрак не жди. На ужин он тоже вряд ли придёт. Доброй ночи, — склонив голову, ещё раз мажу по ней взглядом и, снова ничего в себе не отыскав, ухожу из квартиры.

Догоняю парней. Они спокойно курят у тачки.

— Как поговорили? — спрашивает Макс.

— Как всегда. Дай сигарету, у меня закончились, — выбрасываю пустую пачку в урну у подъезда.

Садимся в машину. Коновалову рот закрыли, чтобы не орал. Я о Насте думаю.