Заклинатель снега

 – Я думал, ты хочешь немного развлечься… Твои друзья, наверное, не просто так ушли и оставили тебя одну?

– Ты могла бы показать мне, как вы греетесь…

Парень взял меня за подбородок и начал наклонять ко мне лицо, но я толкнула его в грудь, прежде чем он успел приблизиться. Он пошатнулся, застигнутый врасплох, и я быстро пошла по коридору.

Он засмеялся, видимо, от умиления: Дюймовочка сбила с ног толстого крота.

Когда я услышала его шаги за спиной, мне стало как-то не по себе. Казалось, мой отказ не только его позабавил, но и побудил и дальше донимать меня своими приставаниями.

Он схватился за бретельку, удерживающую платье, и потянул ее на себя. Я уже собиралась обернуться, чтобы дать ему пощечину, как вдруг кто-то высунулся из-за угла и, схватив меня за запястье, потащил на себя.

Я залетела за угол, Крейг – вслед за мной. Он удивленно ойкнул, когда уткнулся в грудь стоявшего перед ним человека, потом поднял голову и уперся в свирепый взгляд.

– Ты… – пробормотал он.

Крейг смотрел на него в нерешительности, но не сдвинулся с места.

Мейсон резко оттолкнул его – Крейг пошатнулся и ударился об стену. Он удивленно посмотрел на меня, прежде чем снова повернуться к парню-гиганту, стоявшему рядом со мной.

Крейг, кажется, наконец все понял и ушел.

Мейсон взял меня за запястье и потащил по коридору к лестнице. Я семенила за ним, наступая ему на пятки, когда он тянул меня за руку, подгоняя. Я пыталась сбавить шаг, замедлиться, но он усилил хватку, опять потянул – и я в него врезалась.

Это была последняя капля.

Он отпустил, точнее сказать, отбросил мою руку, словно она жгла его, как раскаленный уголь, и повернулся ко мне.

– В какую игру ты играешь?

Он потемнел от гнева. Мне пришлось задрать голову, чтобы смотреть ему в лицо, и сразу захотелось отойти, спрятаться от властной силы, которую излучало его тело.

– Я не играю ни в какие игры.

– Не ври, – сказал он, – даже не пытайся.

Мышцы под черной футболкой напряглись, глаза смотрели враждебно. М-да… не на такой взгляд я надеялась.

Я опустила голову – не хватило смелости посмотреть ему в лицо – и пробормотала:

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

Вдруг движение воздуха, расширенные глаза, сильный толчок – я уперлась лопатками в стену. Это случилось так внезапно, что сначала я не поняла, что произошло.

Дыхание перехватило, когда я подняла голову. Опершись об стену, он закрыл меня в клетку из своих рук, его грудь была прямо у моего носа. Я показалась себе ужасно маленькой на фоне этой стены, сжавшаяся перед гигантом, который нависал надо мной.

– Лгунья, – хрипло сказал он.

По телу пробежала горячая волна. Его голос звучал так близко, что, казалось, я расслышала каждый тон, уловила все оттенки его чувственного коварства.