Белые искры снега

– Опа, – вдруг снизила скорость Ранджи. – Не рассчитала.

– Что не рассчитала? – оправился от очередного приступа смеха Шейк.

– Бензин, – произнесла девушка и плавно затормозила на обочине. Я глянула на красную мигающую лампочку и стрелку топлива на нуле и поникла. Танк порою выбрасывал самые разные фокусы. Еще минуту назад уровень бензина во внедорожнике была вполне приличным.

– Отлично, – делано жизнерадостно потер руки Ярослав. – Теперь нет бензина. А что будет потом? Отвалится днище, – он почему-то мерзко ухмыльнулся. – И работать колесами будут наши ноги?

– Ну, признавайтесь, девчонки, кто из вас неудачник? – спросил Шейк. – Черт, я не могу, – он опять заржал. – Что за вечер такой, а? Может, кого сглазили?

– Тебя, – елейным голосом ответила я. – У тебя еще и рана есть на щечке.

– Бензина у меня нет. Надо на заправку идти. Тут как раз одна метров через пятьсот должна быть.

– Так мы и сходим. Мальчики идут за бензином, девочки остаются и ждут мальчиков, – заявил Шейк, которого не пугали безлюдная улица, ночь и холод. Снег и ветер хотя и прекратились, но теплее не стало – Девочек вдвоем оставлять небезопасно, – возразил Яр. Изредка он таки показывал себя почти рыцарем. Забывался, наверное.

– Тогда пойдем все вместе, – тут же нашел решение Шейк. – Я бы прогулялся. Или можно сделать так – мы с хозяйкой машинки пойдем за бензином, а вы останетесь тут, – он опять задорно подмигнул Ярославу.

– Надо на бензин сложиться, – вполне справедливо, как мне казалось, произнесла я.

– Надо, – кивнул Шейк. – Вот мы с Яром и сложимся. – Мы ведь сегодня ваши пассажиры.

В результате в Танке я действительно осталась вместе с Зарецким, который пересел на водительское кресло. Ранджи с пустой канистрой и Шейк быстрым шагом направились вдоль дороги.

Больше никаких других людей не наблюдалось. Они обещали вернуться быстро, по словам подруги, мы «даже замерзнуть не успеем».

– Ну и куда ты смотришь? – спросила я, глядя, как Яр, запрокинув голову и прильнув к окну, таращится вверх, хотя и так можно было догадаться – на ночное небо, усыпанное десятком ярких серебряных искр.

– На звезды, – вполне ожидаемо ответил парень.

– Братьев по разуму ищешь? – хмыкнула я, тоже подняв взгляд вверх. Ярослав медленно опустил подбородок и повернулся ко мне. Мятные глаза в полутьме казались серыми. А еще в них явственно читалось недоумение и вселенская усталость великого ученого человека, вынужденного коротать время с глупым невеждой.

– Очень остроумно! Браво. – Яр, изобразив на лице что-то вроде подобия восхищения, захлопал. Однако привычного звука аплодисментов не получилось – из-за перчаток слышны были лишь глухие хлопки.