Белые искры снега

Огромное яркое трехэтажное здание, состоящее из нескольких корпусов и огражденное от жесткого внешнего мира высоким забором, хорошо запомнилось мне по многочисленным репортажам и фото к статьям в газетах. Крытый бассейн, огромный спортивный зал со всем необходимым снаряжением, раздевалки с душем, оснащенные по последнем слову техники компьютерные классы и классы, предназначенные для занятий по химии и физике, хореографический зал, допуск в здание по специальным личным пропускам, шкафчики для хранения вещей по аналогии с европейскими и прочее, прочее, прочее… Изначально предполагалось, что в школу № 8 будут ходить дети, живущие в этом районе, однако слишком уж много родителей положили на нее глаз. Понятное дело, попасть в нее было не легко. Ну а поскольку школа № 8 хоть и была рассчитана на большое количество учащихся, резиновой все же не являлась, то ее администрация придумала хитрый план. Детей по прописке в это заведение, конечно же, брали – пришлось. Но для того, чтобы попасть в школу, будущие ученики проходили определенный отбор, то есть, судя по многочисленным слухам, ходившим вокруг этой школы, которыми с нами делилась в прошлом году наша первая руководитель практики, одно время преподававшая там помимо университета, в 8-ю школу старались брать более-менее приличных учеников, не потенциальных двоечников и хулиганов. Из других районов детей тоже брали, но неохотно и если только они были одаренными – в учебе, спорте, творчестве. Ну, или брали, как часто это бывает, по знакомству. Третью и самую желанную категорию учеников в 8-й школе составляли как раз дети обеспеченных или высокопоставленных родителей, которые проходили конкурс только формально. Конечно, чада совсем уж богатых людей или, скажем, министров, мэра и губернатора учились либо за границей, либо в частных гимназиях и лицеях, оплата обучения в которых могла влететь в копеечку, но все равно в народе это среднее учебное заведение считалось привилегированным наряду еще с несколькими.

– В восьмую школу? – еще раз повторила я, прикрыв глаза и вспоминая план города, чтобы понять, как далеко находится от моего дома это местечко.

– Да. Именно в восьмую, – подтвердил по телефону голос Дианы Вячеславовны. – С ними у нас еще действует договор. Я только что лично звонила директору, и он согласен принять вас в качестве практиканта. – Это прозвучало так торжественно, как будто бы она звонила в Земное посольство на Сатурне и договаривалась о моей стажировке в администрации Императора планеты.

Я сказала в ответ что-то мало определенное – нечто среднее между «Хорошо, спасибо» и «Черт возьми». Впрочем, думаю, Диана решила, что услышала первый вариант.