Дорожный снайпер

«Славянский эфир», не слышали? Там у него имелись и издательство, и радиостанция, и телевещание, и рекламное агентство… В итоге все прогорело. Тогда Максим переключился на аптечное дело. Как раз был бум создания новых аптек, они открывались на каждом углу. Ну, и он решил пристроиться в эту струю. Открыл два десятка аптек в Москве, еще столько же в провинции. Но и это дело у него не пошло, аптеки закрывались одна за другой. Теперь он занимается оптовой торговлей продуктовыми товарами. Возит разного рода полуфабрикаты из Китая и туда кое-что поставляет. Но и здесь дела идут неважно, кажется, и этот бизнес прогорит.

– И деньги на все эти начинания Максим Полубояринов брал у брата?

– Естественно – откуда же еще?

– Брал – и не возвращал?

– Ну, не совсем так… Часть кредитов возвращалась. Но большую часть наш банк был вынужден заносить в графу «безвозвратные потери». Как вы понимаете, другой клиент после первого такого случая уже не мог бы получить в банке ничего. Но Максиму Петр Петрович не мог отказать.

– И о какой сумме идет речь? Как велики потери банка?

– Ну, первые два кредита я не помню… А вот последний, взятый под создание фирмы «Восточный гость», сначала составлял 120 миллионов, а затем туда добавились еще 60 миллионов. И ни один рубль из этих денег пока не вернулся.

– Да, это серьезно… – задумчиво произнес Лев. – А скажите, почему Петр Полубояринов так охотно шел навстречу требованиям своего брата? Что, там такая братская любовь? Или, может быть, у Максима имелись какие-то рычаги воздействия на брата?

– Вот этого я не знаю, – признался Толстов. – Мы все тоже задавали себе тот же самый вопрос. Может быть, вам удастся найти ответ?

– Может быть, может быть… Значит, вы утверждаете, что, исключая случай с братом, Полубояринов вел очень осторожную кредитную политику?

– Совершенно верно.

– Но это означает, что он должен был отказывать в кредитах многим просителям?

– Разумеется, такие случаи бывали, – подтвердил Толстов. – Много таких случаев! Мы вынуждены отказывать в кредитах практически каждый день.

– А разочарованные заемщики могли бы требовать денег у руководителей банка, угрожая убийством? Вы не сталкивались с подобными ситуациями?

– Нет, почему же, сталкивался, – кивнул Толстов. – Но такое случается редко. Ведь о заемщике все известно. Если с руководителем банка или со служащим, с которым имел дело заемщик, что-то случится, подозрение сразу падет на него. И найти его в таком случае не составит труда.

– Но в вашей практике такие случаи бывали?

– Да, бывали. Последний раз… Дайте вспомнить… Последний раз с подобной ситуацией я сталкивался два года назад. Один горячий бизнесмен с Кавказа требовал выдать ему пятнадцать миллионов без всякого обеспечения. Я, естественно, отказал.