Снайперский удар

Паша тоскливо обернулся в сторону пустыни: возле подбитого «Тигра», на котором ехал Федяев, стояла «капсула», в прибор наблюдения была видна суета, но что именно там происходит, было непонятно.

– Барс, на связь Борзу, – раздалось в наушниках.

– Уничтожили двенадцать целей, – доложил Слава. – Остальные скрылись за постройками левее сто от крайней БМП.

Барченко, поговорив с кем-то по рации, повернулся к Паше:

– Орлан, который над нами висел, пропал со связи. Это не есть хорошо, наверное, сбили, или средствами РЭБ его выключили, другой сюда только через час доберется. А мы дальше того поворота обстановку вокруг себя не сечем…

Паша наивно подумал, что невелика потеря.

– Мы им крепко вломили, не сунутся сюда больше, – бодро сказал Шабалин.

– Их гонят на нас, – возразил Барченко. – По плану штурмовой корпус должен был перекрыть им проход, тем самым взяв в окружение, однако где план, а где реальность – штурмовой корпус только-только в город входит. Духи ни при каких обстоятельствах не должны были здесь появиться: вот эти три моста еще час назад должны были взять сирийцы, двигаясь перед нами, но они почему-то отвернули вправо и ушли в сторону аэродрома. Передовой батальон встал в километре южнее нас, и ни к нам не идет, ни на аэродром. У них война, похоже, закончилась. Сейчас сядут мате пить, и ничем ты их с места не сдвинешь… а ведь тут всего ничего – бросок к мостам можно за пять минут совершить…

– Да уж, – Паша вздохнул. – Сплошное предательство вокруг.

– Агапов, похоже, как раз сейчас и пытается этот батальон вернуть на направление удара…

– Судя по голосу генерала, – усмехнулся Паша, – Агапов там всех уже высушил. Может, зашевелятся сейчас, вернутся на свое направление…

Шабалин вдруг совершенно ясно осознал значение этих трех мостов, стоящих перед ними, и почему именно здесь генерал выбрал себе место под размещение командного пункта: в относительной близости перед глазами был главный стратегический узел, контроль над которым определял успех сражения за Дэйр-Эз-Зор, но случилось так, что этот узел, кроме как силами охраны командного пункта, перекрывать оказалось нечем. После поражения ракетой машины Федяева и его очевидной гибели подгонять сирийцев стало некому, и штурмовой корпус значительно снизил темпы продвижения, а передовые отряды сирийцев входили в город не по назначенным маршрутам, а там, где им было удобнее. А как в случае с передовым отрядом, шедшим по городу перед отрядом Барченко, и вовсе уклонялись от боестолкновений.

Шабалин взялся за рацию:

– Буш, вы там хорошо сидите?

– Нужно сменить позицию, но так, чтобы наблюдать все по-прежнему. Осмотрись и действуй!

Барченко взглянул на Шабалина:

– Это правильное решение, одобряю.