Снайперский удар

Федосов и Кузьмичев, ко мне!

Рота разошлась по учебным местам, пункт боепитания начал выдавать патроны. Паша с двумя контрактниками вышел на третье учебное место, где уже были разложены на холодной земле две плащ-палатки с уложенными на них карематами. Можно, конечно, заставить своих снайперов и на голой земле лежать, как в бою, но они же потом специально заболеют, а это огромная куча всяких бумаг, которые должен будет составить командир роты по поводу своих бойцов, загремевших в госпиталь. А оно надо?

Выезжая сегодня утром на полигон, Паша взял в «оружейке» два бесшумных «Винтореза», так как пока планировал приучать к нему только контрактников. Раньше «Винторезов» в роте вообще не было, но Паша настоял, так как считал, что при выполнении боевой задачи может возникнуть ситуация, когда «Винторез» окажется палочкой-выручалочкой. В обоснование своих слов он привел примеры недавних действий на южных рубежах, когда снайперская пара северян, с применением двух таких бесшумных винтовок, за десять минут смогла сорвать атаку батальона националистов, уничтожив, по меньшей мере, тринадцать боевиков. Этот случай стал предметом внимательного изучения специалистами центральной школы снайперов в Подмосковье, в результате чего они и рекомендовали во всех снайперских ротах отныне иметь бесшумное оружие.

«Винторез» хоть и называется винтовкой, однако, по сути, был очень далек от истинного значения этого слова. Все дело было в том, что конструкторы, придавая оружию бесшумные качества, вынуждены были делать для него короткий ствол не потому, что им так этого захотелось, а потому, что нет никакого смысла иметь длинный ствол для пули, которая все равно будет вылетать из ствола со скоростью меньшей, чем скорость звука, – с таким вот физически непреодолимым требованием к бесшумному оружию. Задать такую скорость вполне сможет ствол небольшой длины – отсюда и вышло, что «Винторез» обладает совсем коротким стволом, что влечет за собой массу других важных вопросов, которые снайпер должен уметь решать на поле боя. И самый главный из них – из-за крутой, практически навесной траектории – уметь очень точно определять дальность до цели.

– Смотрим сюда… – Паша показал контрактникам прицельную планку открытого прицела, на которой были насечены дальности стрельбы. – Если на «калашникове» или «драгунове» градуировка выполнена с обозначением сотен метров, то здесь цифра означает десятки метров. Вот, к примеру, крайняя цифра…

– Сорок два, – сказал Иванов, рассмотрев прицел. – Четыреста двадцать метров?

– Точно. А предыдущая цифра – сорок. То есть четыреста метров.