Второй шанс для предателя. Понять? Простить? Начать сначала? (СИ)

И пусть он был чертовски силен, с тремя крупными пареньками все равно не справлялся."

"Завершив вызов, Стася кивнула Анжелке. Зарычав, подруга стащила брыкающуюся блондинку на пол и обездвижила ее, навалившись сверху.

Улучив момент, Стася двинулась к ним медленной поступью.

— Не надо! — взмолилась девушка. — Умоляю! Пожалуйста! Отпустите меня! Я ничего не сделала! Я просто… Я не виновата в том, что тоже люблю его!

Анжела зажала ей рот ладонью как раз в тот момент, когда Стася остановилась рядом с ними. Окатив любовницу мужа брезгливым взглядом, занесла ногу над ее головой, целясь каблуком в висок. Глубокий вдох. Рваный выдох. Взмах ногой. Отчаянный визг. И оглушающая тишина.

Лишь спустя мгновение блондинка осознала, что Стася свою угрозу в жизнь не воплотила. Что с силой топнула ногой… в нескольких сантиметрах от ее головы. Анжелка захохотала, довольная произведенным эффектом. Ведь в детском доме они со Стасей частенько использовали подобное устрашение.

Чтобы их боялись, и к ним лишний раз не лезли. Вот и в жизни пригодилось.

Опустившись на корточки, Стася ядовито прошипела:

— Много чести! Мараться еще об тебя!

Распрямившись, бросила Анжелке:

— Отпусти ее. И руки хорошенько вымой. Мало ли…

— Стася! — прогромыхал Ян так сильно, что содрогнулись стены. — Выслу…

Он закашлялся, когда Тарас саданул его кулаком в живот.

Мишка же обратился к своей жене:

— Ангел, забирай Стасю и уходите!

— Но…

— Идем, — Стася и сама направилась к выходу шаткой обессиленной походкой.

Обернувшись на пороге, она в последний раз посмотрела на Яна.

— Пусть вспомнит, что такое «тёмная», мальчики! — собственноручно вынесла приговор мужу-предателю. — Пусть вспомнит, что делают с предателями!

— Он вспомнит, — клятвенно заверил Иван. — А теперь… пошли вон! Обе!

Приблизившись к Мишке, Анжела поцеловала его в щеку.

— Только не переусердствуйте, умоляю! — предостерегла друзей. — Обойдитесь без серьезных увечий, инвалидности и прочего! Хорошо?

Парни ничего ей не ответили. Тем временем Стася, держась за дверной косяк, шагнула прочь из комнаты. В свое новое будущее. Туда, где ей предстояло научиться жить без Яна. Одной. Снова одной. Хотя, погодите-ка! Нет! Не одной! У нее же будет малыш! Родной, любимый и только ее!

— Стася, — вновь окликнул ее Ян. И было в его голосе, в его интонации что-то такое, что заставило девушку обернуться. Муж смотрел на нее с нежностью. С тоской. С горечью и сожалением. Смотрел так, что ее растерзанную душу еще и наизнанку выворачивал. Он… будто чувствовал. Будто догадался о ее намерениях и… заранее прощался. А потому, сжав губы, хрипло шепнул:

— Я люблю тебя. И никогда не переставал. Несмотря ни на…

Недослушав его, она выскочила из квартиры, как ошпаренная.

И впала в самую настоящую истерику.