Второй шанс для предателя. Понять? Простить? Начать сначала? (СИ)

Как сильно истосковалась и измучилась. Не по мужской ласке, заботе. Нет. Именно по нему. По Яну. Несмотря на его предательство, невзирая на то, что он сотворил с ней… с ними, ее душа все еще тянулась к нему. Робко и трусливо, каждую секунду ожидая нового удара, но… тянулась. Вопреки здравому смыслу. Вопреки клятвам и обещаниям, данным самой себе. Вопреки ненависти, которой Стася отгораживалась от бывшего мужа, словно непробиваемым щитом. Как страшно было это осознавать! Как мучительно и горько! Она… целых четыре года пыталась вырвать любовь к Яну из своего сердца и похоронить воспоминания о нем под руинами их семейного счастья. А ему… ему хватило двух дней, чтобы доказать ей, что ничего у нее не вышло. Что где-то там, за фасадом независимой сильной женщины и матери-одиночки скрывается… все та же наивная дура, влюбленная в него до одури. Тихо всхлипнув, Стася до боли прикусила губу, твердя себе, точно мантру:

«Нет! Это неправда! Я… я другая. Совсем-совсем другая! И уже давно!»

Ей хотелось в это верить. Очень хотелось. Вот только… сердце надрывалось в груди на разрыв аорты от одного лишь тесного физического контакта с Яном. От его вторжения в ее личное пространство. Нет, к такому жизнь ее точно не готовила. Слезы — непролитые, но готовые хлынуть в любую секунду, прожигали глаза. А руки так и тянулись к бывшему мужу. Сами по себе. Уверяя себя в том, что просто беспокоится о его самочувствии, Стася прикоснулась к его лбу — вспотевшему и немыслимо горячему. Жар не спадал — тревожный звоночек. Нужно было продолжать обтирание. И не мешало бы, по-хорошему, укол сделать. Но сейчас, в данный конкретный момент Стася была полностью обездвижена. И единственное, что ей оставалось — молча разглядывать Яна. Задыхаясь от волнения, мягко скользить ладонями по его лицу, шее. Зарываться дрожащими пальцами в его отросшие волосы. И крепко жмуриться, впитывая в себя эти ощущения.

— Ян? — позвала она Кострова, уставившись на него сверх пристально.

Ответом ей служило лишь его напряженное сопение. Он определенно точно спал. Окончательно убедившись в этом, Стася решилась произнести вслух:"

"— Ты прав — долго и счастливо у нас не вышло. Но нам некого в этом винить. Мы все разрушили сами. Возможно, я не была тебе идеальной женой. Возможно, чем-то все же не устраивала, раз уж ты… предпочел другую и на сторону пошел. Знаешь, столько раз я думала об этом? Столько раз пыталась понять, почему это случилось именно с нами? И я по-прежнему не знаю, что и когда у нас пошло не так. Конечно, я могу спросить у тебя. Завершить свой гештальт, успокоиться и навсегда закрыть эту тему. Но правда в том, что я трусиха. Мне страшно… получить ответы на свои вопросы.