SMS. Цена ошибки

Всё казалось, что любое неосторожное слово, любая необдуманная фраза может лишить меня Дениса. Что он вдруг исчезнет, испарится, а его заверения, что теперь он от меня никуда, – это всего лишь насмешка надо мной, девчонкой, смотрящей на него влюблёнными глазами.

Возможно, это мазохизм. Сидеть вот так, просматривая фотоархив, собранный за годы, но мне это необходимо. Я нуждаюсь в том, чтобы увериться – моя прошлая жизнь мне не привиделась. Не была придумана мной или моей изощрённой фантазией. Не исчезла в никуда, как это произошло с людьми, которые занимали такое значимое место в моей жизни…

В дверь раздаётся звонок. Бросаю взгляд на часы и хмурюсь. В прихожей – чемодан. Собираюсь сбежать на неделю куда-нибудь за город, поэтому жду Мишу. Сама не знаю, почему позвонила именно ему, ведь могла вызвать такси. Но наверное, мне хочется просто ощутить участие знакомого человека.

Гадая, почему Миша приехал так рано, я смотрю в глазок и обнаруживаю за дверью совсем не его. Иван Владимирович и Людмила Маратовна собственной персоной. Без приглашения. Странно, обычно свекровь сто раз обговаривает свои визиты, чтобы «не упасть, как снег на голову».

– Здравствуй, Насть, – чуть смущённо говорит Иван Владимирович, когда я открываю. Он протягивает мне пакет. – Здесь фрукты и сок.

Не успеваю ответить, как Людмила Маратовна отодвигает меня в сторону и, воззрившись на стоящий рядом с обувницей чемодан, спрашивает:

– Что это?

Не нахожу ничего лучше, чем с нервным смешком выдать очевидное:

– Чемодан.

– Зачем он здесь? – говорит она, входя в квартиру.

Свёкор следует за ней с извиняющимся видом.

– Мы с ним ждём такси, – вру безбожно. – Я собираюсь уехать на неделю, – а вот эту правду выдаю с каким-то несвойственным мне вызовом, звучащим в голосе.

Внутри что-то начинает закипать. Не то чтобы у нас со свекровью когда-то были напряженные отношения, но сейчас они с Иваном Владимировичем совсем не к месту, хоть и приехали проявить запоздалую заботу.

– В твоём положении? Особенно когда ты столько раз не могла забеременеть? – Людмила Маратовна совершенно искренна в своём невежестве.

– Сейчас смогла и делаю всё, чтобы выносить этого ребёнка. За сок и фрукты, конечно, спасибо. А вот за лишнее моё беспокойство благодарить не буду.

Свекровь складывает руки на груди. Она очень недовольна – это неоспоримо. Иван Владимирович предпринимает слабую попытку всё исправить.

– Ты нам позвони тогда, когда с отдыха вернёшься. И если не против будешь, мы заедем.

– Ваня, ты что, не понимаешь, что ей нельзя рисковать?

Меня словно бы здесь и нет. Странно, раньше я как-то не придавала отношению со стороны Людмилы Маратовны особого значения. Свекровь была подчёркнуто вежлива и довольно прохладна, но меня это целиком и полностью устраивало.