Научись любить, если сможешь (СИ)

По сути, сказал ей, чтобы терпела боль, но довела до конца своё обещание — достать ключи от личных кабинетов её супруга. Пообещал, что как только она это сделает, мы сразу решим вопрос с медпомощью. А потом, всё так закрутилось, что я тупо о ней забыл. Как о чём-то малозначительном. Мирону и вовсе ничего не стал говорить. Более того, до сих пор не сознался. На данный момент, он знает лишь об отдельных эпизодах, и я не знаю, смогу ли когда-нибудь ему рассказать. Разорвать его душу повторно. Потому что до сих пор, его раны не зажили, продолжая испускать мутную сукровицу. Чуть тронь и вскроется.

Кто я, если не последняя, конченая тварь? И кажется, сейчас бумеранг начинает ко мне возвращаться.

Один — один, Глеб. Заслуженно.

В полном молчании возвращаемся в гостиную. Миронов тут же скрывается на кухне, а потом появляется с бокалами и бутылочкой хорошего коньяка.

— Выпьем?

Киваю и утыкаюсь лбом в свои руки, сложенные в замок.

— Как она? Делилась, почему ушла из дома?

— Нет. Я пробовал спросить, но там стена высотой в пять этажей и толщиной как у крепости.

— Ты же с ней не… — начинаю, но сам понимаю, что сейчас пронесу пургу.

— Я в твоих глазах настолько конченная мразь?

— Понял, — бросаю и, если честно — испытываю реальное облегчение. Миронов подаёт мне бокал, и я сразу делаю глоток. По гортани и далее в желудок проникает приятное тепло, и я удовлетворённо прикрываю глаза. — Сорян за то, что устроил. Клининг на мне.

— Забей. Но, было весело за тобой наблюдать. Не такой ты и замороженный, оказывается. Я думал, кроме дочери и бабла тебя в этом мире вообще ничего не интересует.

— Я тоже… — невесело усмехаюсь, и в этот момент доносится голос Мурашки.

— Глеб, если ты голодный, то я могу… — не успевает она договорить, в шоке вытаращив на меня глаза.

— Привет, — выдаю с улыбкой и иду ей навстречу.

__________

ПМС — предменструальный синдром.

Глава 21

Миша

Улыбка была лишь моей первой реакцией, но чем ближе подхожу к Ларисе, тем мрачнее и накалённее становлюсь. Вся моя злость, переживания за неё и усталость за эти дни поднимаются мутным, склизким илом со дна. И вместо того, чтобы сказать что-то нормальное, я в своём стиле выдаю:

— Англичанка, какого хрена ты меня игнорила? — понял, что её раздражает, когда я так к ней обращаюсь и специально использую именно это обращение. Хочу уколоть, задеть её. Веду себя как дурной мальчишка, который дёргает понравившуюся девчонку за косички.

Она и без того, не сильно мне обрадовалась, а теперь и вовсе. Закатывает глаза к потолку, оттянув нижнюю челюсть, и мотает головой. Затем проходит мимо меня и сразу к Мирону. Зашибись. Это прям то, чего я и хотел.

— Глеб, ты голодный? Я могу быстро пасту с морепродуктами приготовить.