Империя смотрящего

Одна из пуль прошла совсем рядом, дохнув в лицо обжигающим ветром. Маркелов, перекатившись влево, спрятался за колесо и отправил в ответ две пули. Стрелявший, опрокинувшись на спину, более не вставал. Вот теперь бегом в ближайший переулок!

Водитель «Вольво» наконец справился с дверью, вывалившись, выстрелил по убегающему. Захар резко обернулся и выстрелил; зная, что пуля отправилась по назначению, он юркнул в ближайшую подворотню. Следом злобно забарабанил в стену свинец, высекая из каменной кладки мелкую крошку."

"Захар, прячась за деревьями, свернул в первый же переулок. «Нужно только добежать до угла, а дальше они меня не достанут!» Обернувшись, Захар увидел, что за ним никто не гонится. Сунув ствол в карман куртки, он пересек широкий двор, по периметру засаженный густым боярышником, и, прячась за высокие кусты, выскочил на соседнюю улицу, отдирая на ходу узенькую бородку с усами. Больше они ему не понадобятся. А теперь поспокойнее, ничто не должно указывать на то, что он убегает. Несколько раз глубоко вздохнув, он сумел выровнять дыхание и шагнул к обочине.

— Подбрось, командир! — махнул он проезжавшему автомобилю.

Правый поворотник сейчас же замигал оранжевым светом, отреагировав на зов. Остановившись, водитель опустил стекло и бодро поинтересовался:

— Куда?

— Давай в Марьино, братан, — Маркелов уверенно распахнул дверцу, не забыв бросить взгляд в конец улицы.

— Сколько? — живо поинтересовался таксист.

— Не переживай, — улыбнулся Маркелов, — не обижу!

Глава 15 ЖЕНЩИНА ИЗ СТАИ

Захар попросил остановиться в двух кварталах от Старомарьинского шоссе. Щедро расплатившись с водителем, он не сразу пошел к нужному дому. Немного поплутав по округе и выкурив сигарету на скамейке в пустом дворике, он пошел дальше. Лучшего места, для того чтобы убрать его, не представится: абсолютно безлюдный двор, вдали от магистралей; шмальнул из ствола в затылок — и можешь неторопливым шагом направляться к машине. В этой глухомани вряд ли кто что-либо заметит.

Приближаясь к дому, Маркелов почувствовал угрызения совести. Это совсем не то ощущение, когда на душе скребут кошки, не давая спокойно заснуть, — здесь нечто другое, не столь зловредное, будто бы забрался в душу крохотный пушистый зверек и, явно хулиганя, махонькими коготками начинает касаться чувствительных местечек. Не сказать чтобы смертельно, но неудобства причиняет немалые. Чем ближе Захар подходил к дому, тем отчетливее осознавал, что неприятных объяснений не избежать. Женщины — особенный народ, они устроены таким образом, что даже случайно оброненную фразу подвергают серьезному анализу. А здесь причина веская — обещал вернуться через неделю, а заявился только через три месяца. Уже у подъезда Захар невольно остановился.