Смотри, но не трогай (СИ)

— Так я подкачу, базара ноль. Только тебе, Вениамин, после этого хрен с маслом обломится."

"Веник задумчиво сникает. Понимает, что в шутливой угрозе Рана есть резон.

— Тим, а ты что? — Димас обращается ко мне. — Пас?

Измайлов кидает на меня очередной ироничный взгляд. Он единственный из всей компании знает, что Грановская мне вроде как родственница.

— Пас, — отвечаю мрачно. — Она не в моем вкусе.

— Не в твоем вкусе? — ухмыляется Веник. — Так, пацаны, тут все понятно. Походу, Алаев отшили. Вот она и не в его вкусе теперь.

Эти уроды ржут как сивые кони, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не начистить их смеющиеся морды. Кулаки чешутся просто зверски.

— А ну заткнулись! — рявкаю повелительно.

Парни стихают, и я продолжаю:

— О Грановской забудьте. Нечего свои стручки в ее сторону поднимать.

— Это еще почему? — Веник явно возмущен.

— Потому что я так сказал.

Я не повышаю голос, но говорю максимально твердо. Вряд ли кто-то из парней попрет против меня. А Веник — тем более, он ведь на целую голову ниже. Один мой удар — и двухнедельный больничный ему обеспечен.

— А в чем, собственно, проблема, Тим? — подает голос до этого хранивший молчание Ник.

Мы с ним общаемся не так тесно, но он, как и Ран, чувствует себя со мной на равных.

— У меня нет никаких проблем, — бросаю холодно и с ноткой вызова добавляю. — А у тебя?

Если не дебил, то почувствует, что я настроен серьезно.

— Тогда что за тупая игра в «застолби телку»? — Ник выдерживает мой тяжелый взгляд. — Я думал, у нас свободная страна.

— Ты ошибся, — рывком встаю из-за стола и закидываю на плечо рюкзак. — Свобода — это иллюзия, братан. Так что смирись.

На пару секунд воцаряется некомфортная тишина, которую нарушает неугомонный Веник:

— Я вообще не догоняю… Тимон, она твоя девка, что ли?

— Она его сводная сестра, — рассекречивает меня Ран. — Так что выдыхаем, пацаны. И ищем для своих дружков другую норку.

Глава 19

Тимур

Взбешенный до предела, пулей вылетаю из деканата. Дверь за мной захлопывается так оглушительно, что у них там наверняка известка с потолка посыпалась. Играя желваками, несусь по коридору и изредка задеваю плечом случайных прохожих. Время от времени слуха касается возмущенное «Эй! Куда прешь?!», но я не реагирую. Слишком сосредоточен на вакханалии, что творится у меня внутри.

Как эта стерва посмела меня сдать?! Взяла и настучала о пропавших шмотках деканше! Сучка белобрысая!

Я-то думал, Лера-холера умеет играть по-взрослому. А она, будто сопливая первоклассница, при первой возможности побежала жаловаться администрации. Удивительно еще, что мамаше своей не поплакалась. Об этом я бы непременно узнал — через отца. Он бы ко мне в ту же секунду с обвинительными тирадами прискакал.