Смотри на меня (СИ)

— Хватит, Егор. Паша просто зашёл сюда, как и вы.

— Юль, не вмешивайся, — Прокопенко кладёт мне руку на талию, пытаясь мягко оттолкнуть в сторону.

И это как раз и становится той самой искрой.

— Руки от неё убери! — Вертинский толкает Пашу обеими ладонями в грудь, обминув меня.

Прокопенко оступается и едва не падает. Однако Егора столь короткая стычка не удовлетворяет. Он пытается зацепить его ещё раз, но я буквально повисаю у него на плече

— Прекрати!

Он слушает, оставляя побледневшего и стремительно теряющего собственное достоинство Пашу в покое, но больно хватает меня за локоть и выволакивает из кухни в коридор, заставляя вскрикнуть.

— Ты какого хрена творишь, Егор?! — уже не сдерживаю тон. — Что он тебе сделал?

— Он пялился на тебя! — нависает, заставив прижаться к стене плотнее.

— И что? И пускай!

— Да хрен там, — его тон становится глуше. — Я же твой друг, Юля, — выделяет предпоследнее слово. — Должен заботиться, чтобы всякие извращенцы не пытались залезть тебе в трусы. Маленькая ещё.

Уровень сюрреализма растёт. Он слишком пьян и слишком зол, чтобы сейчас мог получиться разговор. Да и я предельно взвинчена.

— Не твоё дело, — шиплю в ответ.

— Моё или нет — я сам решу. А теперь шуруй к себе в комнату и не высовывай оттуда сегодня нос.

Фыркаю и отталкиваю его. Засранец! Убегаю в комнату, напрочь забыв и про чай, и про чайник."

"Не знаю, чем вчера закончилась вечеринка у Вертинского и компании, но я уснуть не могла долго. Всё продолжала вертеть в голове то, что происходит, и как теперь из этого искать выход. Есть ли он вообще. Вдруг это конец нашей дружбе? Столько лет… Мы были близки сколько я себя помню. Для меня лишиться Егора, всё равно, что лишиться частички себя. Большой такой и важной.

Что если я ошиблась, когда попросила его стать моим первым? Чудовищно и необратимо? Что если одна ночь разрушила нашу дружбу до фундамента, сделав меня для него просто ещё одной поставленной галочкой?

А ведь он никогда и намёка не делал. Да и когда я попросила, видно было, что сильно сомневается. Он тогда уже что-то почувствовал, что это может стать точкой невозврата. Но ведь я попросила…

Но время не отмотать, обратно решение не вернуть и сделанное не обнулить. Не стереть из памяти и чувств.

И со всем этим что-то надо делать. Может, выждать немного времени и попытаться поговорить.

Утром в университете уже не только нет многих преподавателей, но и студентов начал валить грипп. Очень бы не хотелось, чтобы ввели карантин, потому что потом придётся доучиваться по субботам или в свободную предсессионную неделю.

У нас в группе тоже многие заболели, в том числе наша староста. Она никогда не пропускает, и все давно забыли, что в сентябре выбрали меня её заместителем.