Смертный грех

У Александра Паладина не было даже времени надеть шлем и кольчугу. Он скакал на коне впереди своего полка. Черные волосы и плащ развевались на ветру. Следом скакали всадники, без промедления выполняя все его команды."

"У представителей рода Людей Льда бывали свои судьбоносные ночи… Как та ночь, когда юная Силье нашла Дага и Суль и встретила Тенгеля и Хемминга-Убийцу фогда. Или та ночь, когда место обитания в долине Людей Льда было сожжено дотла, а все жители были убиты. Или ночь, когда появился на свет отвратительный Колгрим, за что его бедная мать поплатилась жизнью…

Эта ночь была такая же, как та, когда решалась судьба Людей Льда.

Всю ночь продолжалась битва. И Александр Паладин немедленно поплатился за то, что не надел кольчугу. Вместе с небольшой группой он вступил в схватку с католиками. Его люди были уже близки к победе, когда грянул мушкетный выстрел — и он упал навзничь, чувствуя в спине жгучую боль. Двое солдат унесли его с поля боя.

Битва продолжалась, разгораясь то здесь, то там. Звуки тяжелой канонады смешивались с грохотом выстрелов и предсмертными криками.

Но Александр больше ничего уже не слышал.

Очнувшись, он увидел вокруг себя зажженные свечи.

«Я умер, — подумал он, — меня уже хоронят…»

Но потом он понял, что находится в госпитале, и снова закрыл глаза. Он чувствовал неодолимую слабость и усталость.

Кто-то заговорил с ним спокойным голосом — о пуле в позвоночнике.

«Сесилия…» — подумал он. Но это был мужской голос.

Он не чувствовал ни боли, ни страха. Этот глубокий голос успокаивал и утешал его.

«Сесилия…» — снова подумал он.

И провалился в бездну.

Йеспер и Бранд сражались с противником. Они разошлись в разные стороны, и Йеспер почувствовал беспокойство. Он совершенно не умел драться и не хотел никого убивать. И при первом же удобном случае улизнул в лесок.

Там его, по крайней мере, никто не видел.

Ночь была такой светлой, что казалась сумерками. Все виделось, как в тумане.

А в это время Тронд шел в наступление. Он давал своим подчиненным толковые команды, которые те тут же выполняли, уже сполна оценив его солдатские качества.

Бранд сражался один, с мечом в руках, стиснутый со всех сторон противником.

Тарье смертельно устал. Последняя операция, связанная с повреждением позвоночника, была тяжелой. Серые полосы на горизонте уже начали светлеть, когда он вышел, наконец, из просторного сарая и направился в лесок, чтобы немного придти в себя. Не зная точно, близок ли фронт, он взобрался на небольшой холм, лег возле огромного валуна и заснул. Ему необходимо было отдохнуть от пациентов.

Ему даже не приходило в голову, что его хорошо видно из леса, с другой стороны холма. И он спрятался за валуном только для того, чтобы его опять не позвали к раненым.

Внезапно он проснулся.