Смертник из рода Валевских #09

Разве что была бледной, как мел — не каждый день за тобой приходит сильнейшее существо этого мира.

Заракская империя была представлена более внушительной делегацией. Зурган Первый, с которого сняли все путы, граф Шубной, граф Вяземский с супругой, Георгий Вяземский с Серленой, генерал Хабенский, принцессы Миральда и Мариса, а также пять незнакомых мне придворных, за которыми пришлось прыгать во дворец. Который, но это уже к делу не относится, полностью перешёл под управление графа Шубного. Уже в процессе разговора стало понятно, что придворные являются юристами, знающие все тонкости законодательства Заракской империи назубок. С ними было сложнее всего — на любое моё слово они тут же вставляли пять своих. Причём настолько грамотных, что не слушать их было довольно тяжело. Если бы не чёткое понимание того, чего я хочу добиться, они определённо бы склонили ситуацию в пользу действующей власти.

Но и на этом состав участников не закончился. В нейтральном статусе на заседании присутствовал отец Ург, глава церкви Света Заракской империи. Судя по его ошарашенному лицу, не каждый день тебя из купальни вытаскивает Инквизитор и, дав всего несколько минут на сборы, утаскивает в автономный город, осаждённый огромной армией. Тем не менее отец Ург довольно быстро взял себя в руки, а после того, как разобрался с тем, что происходит, и вовсе навесил на себя ауру всепонимания и мудрости, изредка вставляя свои реплики в особо сложных обсуждениях. Мастера Эльора, как оказалось, в армии генерала Хабенского не было — Кималь Саренто ошибся, решив, что Карина Фарди была причиной появления армии возле моих стен. Но, если бы он там был, уверен — Дознаватель притащил бы и его. Просто для того, чтобы придать собранию дополнительную статусность.

— Нет, Скрон тебя раздери! Я не стану разводиться ради твоей прихоти! — граф Вяземский с трудом держал себя в руках. То, что я ему предложил, выходило за все возможные рамки приличия.

— Жаль, из вас получился бы хороший супруг императрицы. Но…

— Я не закончил, Валевский! — на этот раз граф Вяземский всё же дал волю эмоциям и припечатал кулаком по столу, оставив в нём глубокую вмятину. Дерево не треснуло, но появилась вмятина.

— Вы отказались, граф, — смиренно ждать я не собирался. — Или я неправильно понял фразу «не стану разводиться»? Здесь где-то есть двойной смысл?

— Я не стану мужем этой соплячки. Нечего подсовывать мне в кровать малолеток, Валевский. Это низко даже для тебя. Миральда выйдет за Георгия.

— Отец! — возмутился побелевший Георгий, но старшего Вяземского было уже не переубедить. Одного взгляда хватило, чтобы юноша умолк и сел обратно на место, потупив вздор.