Забытые смертью

И за два дня потратить восемьсот тысяч рублей. Но ни суд, ни прокуратура не сумели добиться других показаний от Данилы. Само следствие не вышло на след «малины» и не смогло найти ни одного кента.

Данила хорошо знал, что за групповое ограбление не только он, а все фартовые получили бы исключительную меру наказания. Знал, что и его могут приговорить к расстрелу. «Так уж зачем тянуть за собой кентов, если не сумела достать милиция?» — думал Шик. И сидел на процессе отрешенно, изредка глядя в зал.

Наташку он увидел сразу. Она села в глубине зала суда. Слушала обвинение, сцепив зубы.

— К высшей мере наказания! — донеслось до слуха Данилы решение суда. Он увидел, как брызнули слезы из глаз Наташки, ликующую ухмылку на Катькином лице. Услышал тяжелый вздох Иннокентия.

Данилку отвели в одиночную камеру, дали полосатую одежду смертника. Шик, переодевшись, лег на шконку.

«Вот и все. Скоро уходить. От всех разом. Даже от себя. Кенты помянут за упокой. И скоро память посеют. Катька вдогонку пожелает горячих углей под задницу. Наташка, оплакав недолго, забудет. Замуж выйдет. Может, когда-нибудь, пройдя по нашей полянке в ивняке, вспомнит летние ночи. Наши… Но появится муж, дети… Выветрит из памяти мое имя. Да и кто я ей? Приезжий… Таких скоро забывают», — думал Данила. И почему-то вспомнился дед, подобравший его, осиротевшего мальчишку, на разбитой войной дороге. Того старика он любил неосознанно. Верил в каждое слово. Но и его убили. За мародерство.

Данила долго считал, что мародеры — это те, кто дерут морду. Кому и за что, никак не мог понять. Старик как-то сказал ему:

— Помни, Данилка, воровство — большой грех. Но неотмоленный он для того, кто толкнул на это! Не дал другого пути…

На шестой день поседевшего, исхудалого Данилу вывели из камеры. Повели длинными коридорами к выходу.

Шик пытался держаться достойно. Но ноги подкашивались. О чем он думал тогда? Просил прощения у всех за все? Нет! Он вспоминал Наташку. Ведь в ту, последнюю ночь, девчонка впервые поцеловала его…

Чуда для себя он не ждал. И когда привели в кабинет следователя, озирался по углам, ожидая пулю.

— Ваше дело отправлено на доследование в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, — услышал Данила, не веря своим ушам.

Вскоре узнал, что прокуратура арестовала пахана «малины». И тот признал, что сам лично убил обоих охранников банка. А Шику дал не миллион, а всего двести тысяч рублей.

Пока шло расследование, милиция поймала еще двоих воров «малины». Те подтвердили, что Данилка не убивал никого. И в «малине» недавно.

Расстрел Даниле заменили червонцем усиленного режима и отправили на Сахалин.

Уже оттуда, из Вахрушевской зоны, отправил он письмо Наташке. Долго, трудно писал его. Понимая, что не нужно оно ей. Пусть забудет, но не поминает мертвым.