Светлый лик смерти

– Давали ли вам в этом агентстве номер абонентского ящика Людмилы Широковой?

– Нет, не давали. Я никогда не слышал этого имени.

– Вспомните, Виктор Александрович, вспомните как следует. Людмила Широкова, красивая блондинка. Это было совсем недавно, в сентябре.

– Да не было этого, сколько можно повторять! Вы что, русского языка не понимаете?

Коротков молча вытащил из папки копии письма и вложенной в него фотографии, на которой был запечатлен, несомненно, Дербышев собственной персоной.

– Вы писали это письмо?

Дербышев нетерпеливо схватил листок и фотографию, потом поднял на Короткова недоумевающий взгляд.

– Я никогда этого не писал.

– А почерк ваш?

– Почерк? Да… Кажется… Очень похож на мой. Пожалуйста, вы можете проверить…

Он схватил чистый лист бумаги и начал торопливо писать. Да, почерк действительно казался точно таким же. Но это еще экспертиза должна посмотреть, мастера менять и подделывать почерк такие бывают, что вам и не снилось. Может быть, письмо написал и не Дербышев, просто кто-то подделал его почерк. А может быть, письмо написал он сам, а сейчас нарочно меняет стиль написания букв. Все может быть.

– А фотография? – спросил Коротков. – Вы себя на ней узнаете?

– Да, – растерянно кивнул Дербышев. – Это я.

– Ну и что же у нас с вами получается, Виктор Александрович?

– Не знаю… Я ничего не понимаю.

– Вам придется поехать со мной, – вздохнул Коротков.

– Зачем?

– Сами видите, ситуация у нас с вами непонятная складывается. Убили девушку, мы находим адресованное ей письмо, подписанное вашим именем и даже с вложенной в него вашей фотографией, а вы утверждаете, что никогда этого письма не писали. Придется разбираться.

– Но я не могу сейчас ехать с вами! – возмутился Дербышев. – Я занят, я, между прочим, нахожусь на службе, у меня неотложные дела, у меня назначены важные встречи… Я никуда с вами не поеду.

– Я тоже на службе, – устало ответил Коротков, который не мог уже вспомнить, когда в последний раз ел хоть что-нибудь. От голода и усталости начал болеть желудок, надо бы таблетку принять, а лучше – поесть. Да разве тут поешь, с этими женихами, которых приходится по всей Москве отлавливать. – И у меня тоже важные дела и неотложные встречи со свидетелями, которые могут пролить хотя бы слабый свет на убийство молодой женщины. Поверьте, Виктор Александрович, я с огромным удовольствием пришел бы сейчас домой, поел и лег спать. Неужели вам безразлично, что кто-то воспользовался вашим именем и вашей фотографией с непонятными и, вполне вероятно, преступными целями? Если вам наплевать на смерть молодой женщины, то подумайте хотя бы о себе. Рядом с вами ходит некто, кто в любой момент может нанести вам удар в спину.