Причина смерти

Мой подчиненный лежал где-то мертвый, а дома, один на один со своими проблемами, осталась племянница. Я не помнила, включила ли сигнализацию и отключила ли сенсоры движения, когда выходила. Дрожали руки, хотелось курить.

Либби-Хилл-парк — это один из семи холмов, на которых расположился Ричмонд, район, особо ценимый риэлторами. Здесь старые, вековой давности здания, преимущественно в стиле греческого Возрождения, были блестяще отреставрированы людьми, не побоявшимися вырвать эту историческую часть города из лап упадка и криминала. Большинству местных жителей эта попытка удалась, но я лично никогда бы не стала жить вблизи кварталов массовой застройки, где главным бизнесом оставалась торговля наркотиками. У меня не было ни малейшего желания заниматься делами своих соседей.

Полицейские машины с включенными мигалками уже выстроились по обе стороны Франклин-стрит. Ночь выдалась на редкость темной, и я с трудом различила бронзового солдата, возвышающегося на гранитном постаменте лицом к реке Джеймс. Мой «мерседес» окружали полицейские и телерепортеры, с широких веранд на все это взирали любопытствующие обыватели. Проезжая мимо, я не заметила, чтобы машина была разбита или помята, но дверца со стороны водителя была открыта и внутри горел свет.

Восточнее 29-й улицы дорога уходила вниз, к той части города, что называлась Шугар-Боттом — то ли в честь проституток, бизнес которых поддерживали вирджинские джентльмены, то ли в честь контрабандистов спиртным. С этим разделом местных преданий я еще не ознакомилась. Отреставрированные здания внезапно уступили место доходным домам и лачугам, крытым толем. Дальше, с середины холма, склон покрывал густой лес, скрывавший обрушившийся в двадцатых годах туннель.

Однажды мне довелось пролететь над этим местом на полицейском вертолете и увидеть между деревьями зияющий черный зев с похожей на грязный шрам железнодорожной насыпью, ведущей к реке. Я представила вагонетки с рабочими, будто бы погребенными в этом месте под обвалом, и не в первый уже раз спросила себя, что могло заманить туда Дэнни. Тем более с его больным коленом. Я припарковалась как можно ближе к «форду» Марино, вышла и мгновенно оказалась окруженной плотным кольцом репортеров.

— Доктор Скарпетта, это правда, что там, на холме, ваша машина? — спросила, торопливо устремившись ко мне, журналистка. — Я так понимаю, что «мерседес» зарегистрирован на вас? Черный, да?

Я не ответила, но она не унималась.

— Можете объяснить, как он туда попал? — спросил какой-то мужчина, тыча мне в лицо микрофон.

— Это вы на нем приехали?

— Его у вас угнали? Тот парень угнал вашу машину? Думаете, это как-то связано с наркотиками?

Никто не хотел ждать моих ответов, все перебивали друг друга, но я хранила молчание.