Причина смерти

Одни сияли ярко, другие едва мерцали, но все они были невидимы для невооруженного глаза.

— Увеличиваю в три тысячи раз, — сказала Бетси, подкручивая регулятор. — Или еще добавить?

— Думаю, вполне достаточно.

Картина, представшая перед нашими глазами, напоминала вид звездного неба в астрономической обсерватории. Металлические сферы казались объемными, трехмерными планетами, окруженными маленькими звездами и лунами.

— Это из вашей машины, — пояснила Бетси. — Яркие частицы — уран. Тусклые — оксид железа, то, что повсеместно встречается в почве. Есть еще алюминий, который в наше время используется едва ли не везде. Ну и кремний, то есть песок.

— Вполне типичный набор, с которым можно вернуться домой после пешей прогулки, — заметила я. — За исключением урана.

— Обратите внимание вот на что, — продолжала Бетси. — Частицы урана встречаются в двух формах. Дольчатые или сферические получаются в результате некоего процесса плавки. Но здесь у нас, посмотрите, форма неправильная, многопрофильная, указывающая на то, что эти частицы подверглись обработке с помощью какой-то машины.

— Урановым топливом пользуется наша «Энергия и свет», — сказала я, имея в виду атомную станцию, обеспечивавшую электричеством всю Вирджинию и некоторые территории Северной Дакоты.

— Верно.

— А что еще может быть? Есть такие предприятия, где задействован уран?

Она ненадолго задумалась.

— Никаких шахт или перерабатывающих заводов поблизости нет. В университете, правда, есть реактор, но используется он только в учебных целях.

Я никак не могла отвести глаза от монитора, где бушевала метель радиоактивных частиц, которые принес в мою машину тот, кто убил Дэнни. Я думала о пуле «блэк тэлон» с ее острыми когтями, и о странном телефонном звонке в Сэндбридже, после которого кто-то перелез через забор, и чувствовала, что существует связь между этими событиями и Эддингсом с его интересом к неосионистам.

— Послушайте, тот факт, что сработал счетчик Гейгера, еще не означает, что радиоактивность представляет реальную опасность. И если уж на то пошло, уран безвреден.

— Проблема в том, что ни с чем подобным мы еще не сталкивались. Это беспрецедентный случай.

— Все просто, — терпеливо объяснила я. — Данный материал представляет собой вещественное доказательство в уголовном расследовании. Я участвую в нем в качестве судмедэксперта, а возглавляет следствие капитан Марино. Все, что вам нужно, это передать нам улику под расписку. Мы отвезем ее в лабораторию университета, а там уже физики-ядерщики определят, что это за изотоп.