Перси Джексон и Лабиринт смерти

— У тебя ведь и у самой есть такая способность, да, мам? Ну… как бы видеть сквозь Туман?

— Не совсем такая. — Мама глубоко вздохнула. — Когда я была моложе, это было легче. Но ты прав, я всегда могла видеть сквозь него, даже больше, чем мне того хотелось бы. И именно эта особенность, не считая некоторых других, привлекла ко мне внимание твоего отца, когда мы с ним повстречались. Но прошу тебя, будь осторожен, сын! Пообещай мне благополучно вернуться домой.

— Мы постараемся, миссис Джексон, — сказала Аннабет. — Но ваш сынок так рвется в самое пекло, что удержать его бывает не просто. — С этими словами она встала и, отвернувшись от нас, уставилась в окно кухни.

Я медленно складывал салфетку, стараясь не вспылить.

— Ребята, что с вами? — Мама нахмурилась. — Вы что, поссорились?

— Понятно, — протянула она, и я подумал, что моя мама умеет видеть не только сквозь Туман. Кажется, она сумела понять то, что происходит между мной и Аннабет. — Ладно, не будем об этом. Только вы не должны забывать, что Тайсон и Гроувер рассчитывают на вашу помощь. Надеются на вас обоих.

— Я знаю, — почти одновременно отозвались мы, и я смутился еще больше.

— Перси, можешь воспользоваться телефоном в прихожей. Удачи вам, ребята.

Я с облегчением выбежал из кухни, хотя толком даже не соображал, как мне сейчас лучше поступить. Пошел к телефону, взял трубку, набрал номер. Номер, конечно, уже сто раз стерся с моей ладони, но это было не важно. Я его отлично помнил.

Мы договорились встретиться на Таймс-сквер. Когда мы с Аннабет подошли туда, Рейчел Элизабет Дэр стояла перед входом в отель «Мариотт» и она была вся золотая.

Я имею в виду, что ее лицо, волосы, одежда сверкали золотой краской и выглядела она так, будто к ней притронулся царь Мидас. Рейчел стояла в таком виде неподвижно, словно статуя, а рядом с ней находились еще пятеро ребят, тоже выкрашенных в разные цвета — медный, бронзовый, серебряный. Они замерли в разных позах, а мимо спешили толпы народу, и некоторые останавливались, чтобы на них поглядеть. Кое-кто даже бросал монетки на расстеленный на земле брезент. На табличке у ног Рейчел большими буквами было написано:

Мы с Аннабет потоптались на месте минут пять, разглядывая Рейчел, но она если и заметила нас, то виду не подала. Не шевельнулась, даже глазом не моргнула. Я с моей гиперактивностью, конечно, на такое не способен, стоять без движения для меня просто невыносимо. Да и Рейчел, вся покрытая золотой краской, — тоже довольно странное зрелище. Она была похожа на статую какой-нибудь знаменитости, актрисы… или не знаю кого. Только глаза такие же зеленые, как и раньше.

— Может, подтолкнем ее чуточку, — предложила вслух Аннабет.

Я подумал, что это было б нехорошо, но Рейчел даже не шелохнулась.