Сказка о смерти

Сабина подумала о своих племянницах.

– И это ему нравилось?

– Да, все-таки Персей был умным парнем, который обезглавил медузу. Еще больше его восхищала история о троянском коне. Но любовь к сказкам, видимо, возникла еще раньше: тогда я часто читал ему перед сном. Гримм, Гауф, Андерсен, Лагерлёф и Эбнер-Эшенбах.

– И затем, молодым человеком, он ставит этот спектакль, чтобы добиться признания своего отца, – предположила Сабина. – Ему уже тогда были важны ваши уважение и признание?

– Правда, что спектакль был показан всего три раза и прошел без особого успеха? – спросила она, вспомнив слова Френка Бруно.

– Вы присутствовали хотя бы на одном представлении?

– Мне помешала работа. Но я слышал, что это было фиаско. Жидкие аплодисменты. Спектакль был слишком мрачным и жестоким.

– И все это в пятнадцати сценах. – Сабина полистала тетрадь. – Можно разобрать ее по листам?

– Если вам это поможет. – Снейдер пожал плечами. – Моей матери уже все равно.

Сабина вырвала листы и разложила их на столе. Три акта по пять сцен. Каждая сцена имела собственные декорации и интерпретировала одну из сказок Андерсена на жуткий лад. Правда, пять сцен не были связаны со сказками. Своего рода обрамляющее действие с ретроспективой: Ганс Христиан Андерсен в своем кабинете за написанием сказок.

– Пит тоже играл в своем спектакле? – спросила Сабина.

– Он был только автором и режиссером. Если верить актерам, он с большим пониманием и чуткостью относился к театральной труппе. Но не справился с разгромными отзывами критиков, которые, по его мнению, не поняли спектакль.

Сабина разложила перед собой листы трех актов. Тексты были написаны на датском языке, но по рисункам можно было понять, о какой сказке идет речь. Набросок Снежной королевы был самым жутким, потому что рисунок изображал женщину со стеклянными осколками в сердце и глазах.

– Что здесь написано?

– Я никогда не был силен в датском, – сказал Снейдер. – Но думаю, это просто описание декораций.

Сабина пробежала текст глазами, но не нашла распределения по ролям.

– Насколько я знаю, в спектакле не говорили. Пантомима с музыкальным сопровождением.

– Бетховен? – предположила Сабина.

– Да, вы правы. Бетховен, Вагнер, Орф и датчанин Карл Нильсен.

Сабина уставилась на листы и мысленно перевела заголовки на немецкий.

– Это наш план совершенных убийств и тех, которые еще предстоят.

– Теперь понятно, почему некоторых цифр не хватает. Например, на жертвах убийств в Вене не было цифры тринадцать. Он берет только сцены со сказками.

– Однако эти цифры не совпадают с убийствами и местами преступлений. Сцена с Русалочкой значится под номером два, а он вырезал на бедре вашей матери тройку.

– Да, вижу. – Снейдер поднялся, задумчиво поджег сигарету и прошелся по гостиной.