Смертельный ход

По крайней мере, пока.

– Сможешь, – уверенно сказал Брюстер. – Мы удваиваем твое жалование. Вот так! Не отказывайся. Я разбираюсь в людях. Ты – первый, кто подходит для работы в Брюстер-Форуме. Я сам позвоню в полицию.

Римо поблагодарил доктора Брюстера, который бросил в автомат десять центов и набрал номер, выбитый на пластинке над прорезью для монет. Он подмигнул Римо, в знак того, что все в порядке, сложил кольцом указательный и большой пальцы правой руки и начал неразборчиво бормотать в трубку.

Римо помахал Брюстеру рукой. Тот, яростно жестикулируя свободной рукой, завопил в телефон:

– Мертв! А-а-а! Мертв. О-о-о! На помощь. Убийство! Брюстер-Форум. Кровь!

Римо раскрепощенной походкой направился прочь, не заботясь о равновесии и посмеиваясь над собой. Эта расслабленность привела к тому, что впервые в жизни у него наступил период затмения.

Глава двадцать первая

Человек, известный когда-то под именем Ганса Фрихтманна, рассматривал свежие негативы. Освещение на этот раз было хуже, чем на первых фото, но ничего, сойдет. Готов полный комплект. Уж теперь он позаботится, чтобы какой-нибудь неграмотный полицейский не выкрал бы фотографии, как Маккарти – первую серию. Подумать только: ничего не значащая ирландская жизнь против гениального плана! Забавно, но даже маленькая блошка может остановить громадный механизм."

"Но теперь это неважно. Еврейка была последней. Да, так можно и привязаться к этим зверькам, не вызывай они такого раздражения.

Рядовые немцы многое не понимали. Они получали все готовое, снимали сливки, а о грязной работе знать не хотели. Почти было удалось избавить мир от евреев, и что же, мир оценил это? Куда, интересно, они собирались девать евреев, если не загонять в газовые камеры и сжигать?

Да, пока мы были у власти, все немцы прыгали от радости, им не приходилось марать нежные ручонки. Но когда мы проиграли, наступил шок. Политика, оказывается, никого не интересовала. Когда мы проиграли. А пока все шло хорошо, нас на руках носили и славили.

Они что же, думали, что евреи исчезнут сами собой, без массовых убийств? Что достаточно только этого захотеть? Да, работенка была не из приятных. Потом пришлось расплачиваться. А ведь некоторых евреев он и сам бы спас, если бы мог. Некоторых он уважал даже больше, чем немцев. Но, если начать делать исключения, к чему это приведет? Снова кругом будут одни евреи.

Он не просил, чтобы на Земле существовали евреи, и не он сделал их такими, какие они есть. Он создавал новый, лучший мир. При этом без неприятных проблем не обойтись, и их решали лучшие, самые отважные люди. Никто не видел Германию, какой ее видел он, никто не жил в такой Германии, в которой жил он. Хаос. Беспорядок. Фюрер положил этому конец и возродил немецкий дух.

Но немцы подвели и партию, и сами себя.