Смертельный ход

Почему он так и не закричал, семитское отродье? Все испортил. Молчал. Да, время было ужасным. Как и то, что происходило сейчас на сцене."

"Шултер был поглощен гипнотическим поиском ужасов в своем прошлом. Неожиданно он вскочил на ноги и запрыгал по сцене: прыг-скок, прыг-скок. На пол полетел пиджак, потом рубашка и майка. Он расстегнул молнию на брюках и спустил их. Опустился на костлявые колени. Белые огни сцены сияли, отражаясь от его потной спины.

– Плеть! – закричал он. – Женщина с плетью! Плеть! Плеть!

Рэтчетт тоже тяжело задышал.

– Плеть! – присоединился он к крику Шултера. – Плеть! – пухлые губы издавали сосущие звуки.

Никто не мог объяснить, что произошло потом. Никто не мог точно вспомнить. Все, что на следующее утро выяснил новый ответственный за безопасность, сводилось к следующему:

1) Сеанс гипноза вызвал нечто, о чем не стоит говорить, и что не касается Римо Пелхэма.

2) Доктору Нильсу Брюстеру удалось вывести обоих из транса. Он выскочил на сцену и стал подражать голосу Рэтчетта.

3) Всех этот эпизод неприятно поразил, и, в самом деле, перестаньте беспокоить людей.

Но гораздо больше их поразит ужасающая цена, которую доктору Рэтчетту придется заплатить за свое успешное выступление.

Глава восемнадцатая

За разговор с доктором Хиршблум его выкинули из самолета, но, чтобы увидеть ее снова, Римо готов был пойти на большее. Даже на разговор с Нильсом Брюстером.

Брюстер встретил его отчужденно, словно это Римо был повинен в трагическом случае, произошедшем с инструктором по парашютному спорту.

– Нет, – сказал Брюстер сквозь забинтованный нос. – Такой просьбы от доктора Хиршблум не поступало. А почему она вас так волнует?

– В вашем голосе слышатся довольные нотки. Почему?

– Перестаньте отвечать вопросом на вопрос. Меня предупредили, что это ваш стиль беседы.

– Четверо из пяти руководителей проектов захотели поговорить со мной. Пятая не хочет. Почему?

– Это ваш ответ на мой вопрос? – спросил Брюстер.

– Да, – ответил Римо.

– Я уже говорил: вы никогда не поймете, что у нас происходит.

– В общем, я собираюсь повидать ее.

– Я не даю вам разрешения.

– Как мне его получить?

– Вы его не получите.

– А вы знаете, что если я щелкну вас пальцем по носу, – сказал Римо, поднося указательный палец к бинтам, – это будет очень больно?

– И вы вылетите отсюда на заднице, прежде чем боль утихнет!

– А что, если вам на нос ночью неизвестно откуда свалится кирпич?

– Вы вылетите отсюда прежде, чем кирпич коснется земли.

– А что, если я научу вас делать то, что я сделал с этими мотобандитами?

– Мне скоро шестьдесят, сынок.

– Я научу вас, как справиться по меньшей мере с двоими.

– С молодыми людьми?

– С молодыми людьми.