Смертельная верность

Так что расспросите для начала пострадавшего, а то сейчас много умников развелось, которые хотят с владельцев собак денег получить. Или вы не по этому поводу? А по какому тогда?

— По поводу убийства, — ввернул, наконец, Димыч.

— Какого убийства? У нас убили кого-то, что ли? А, по поводу Юрки! Так это ведь давно уже было, вторая неделя пошла. Я думала, еще кого-то убили. Даже испугалась. А что с тем убийством? Нашли, кто Юрку того?

— Ищем, — заверил Димыч. — А вы на тех соревнованиях были?

— Нет, нас тогда в городе не было. Так жалко!

— Ну так я же не видела ничего. Меня даже как свидетеля не допрашивали. Так обидно.

— А вам есть, что сообщить в качестве свидетеля?

— Конечно! — Лена придвинулась к нам еще ближе и понизила голос. — Я же видела, как они ругались. Вот прямо как вас сейчас вижу. Сцепились прямо у меня на глазах. Чуть не подрались. Я вот так же на лавочке сидела, своей очереди ждала, а они рядом переодевались. Слово за слово — и поругались. И в драку прямо. Знаете, как страшно было!

— Кто они? — не выдержал Димыч. — О ком речь вообще, объясните мне, убогому.

— Да Юрка с Колей, — заорала в ответ рыжеволосая свидетельница. — Кто же еще? Или вы думаете, кто-то вот прямо со стороны пришел и Юрку убил? Да кому он нужен? А вот с Колей они поругались накануне. Дня за два.

— А что, Рыбкин такой горячий парень, что скорее за пистолет схватился? Все говорят, что он, наоборот спокойный.

— Так ведь любого спокойного довести можно. А Колька еще на собаке Юркиной помешан просто. И обратите внимание, Райс теперь у Коли живет. А если бы Юрку не убили, черта с два бы он Райса получил. Вот и смотрите, кому это убийство выгодно?

— По-вашему получается, что выгодно оно было только Рыбкину?

— Ну а кому же еще? — Димкина тупость начала раздражать собеседницу. Но она все же не теряла надежды втолковать ему хоть что-то. — Вы сами посмотрите, Колька его уже несколько лет уговаривал собаку продать. А Юрка ни в какую. Да если хотите знать, он тогда вообще орать начал, что Райса Коле не видать как своих ушей, и что лучше он его отравит, чем Рыбкину продаст.

— А что, очень даже запросто. С Юрки станется. Вернее, сталось бы. Для него собаки — просто расходный материал, способ заработать.

— Но вот так вот взять, и отравить собственную собаку — это непросто даже если она для тебя средство обогащения. Разве не так?

— Для нормальных людей, может, так и есть. А Юрка вполне мог. Вы про Ганса слышали?

— Ну слышали, — осторожно подтвердил Димыч. — Так Ганса, вроде, завистники убили.

— Ха! Вы слушайте больше. Какие там завистники! Да сам он собаку и порешил. У Ганса подозрение на дисплазию было. Если бы подтвердилось, накрылась бы вся Юркина племенная работа. Никто бы с Гансом сук вязать не стал. Вот и прощайте денежки.