Смертельная верность

Он про себя мало говорил, все больше про собак. Собак любил, это точно. И понимал. Таким талантом мало кто похвастаться может. Сергеич вот покойный таким был. Слышали про Сергеича-то? Уникальный был дрессировщик, от бога. Юрку ведь он разглядел. У нас даже говорили, что Сергеич что-то типа колдуна был. Потому и Юрку к себе приблизил, что собирался ему силу свою передать. Ерунда, конечно, но теткам нашим нравится. Когда таинственно, то всегда интереснее. А Сергеич, и правда, Юрку за несколько лет научил с собаками работать. Тоже не особо разговорчивый был. Мы ведь с ним примерно в одно время начинали, с Сергеичем-то. Я тоже много чего от него взял. У него ведь как было? Хочешь учиться? Приходи, смотри, учись. Рассказывал мало, в основном все на личном примере. Нетерпеливые думали, что он жадничает, хочет единственным крутым специалистом быть. Обижались на него. Я сам по молодости обижался, было дело. А потом понял, что дурак. Смотреть надо внимательно, повторять, тогда и знания придут. Теория что! Теорию и в книжках прочитать можно. А вот как спецы настоящие работают, мало где можно увидеть. Вам, небось, про Юрку наболтали уже всякого? Нажаловались? Как собак калечил, да как бывшим своим питомцам подыгрывал?

Давыдов смотрел на нас внимательно и грустно улыбался. Видимо, посчитав наше молчание знаком согласия, продолжил:

— Не верьте всему подряд. Люди разные. Кто-то в неудачах себя винит, а кто-то все виноватых ищет. У меня после каждых соревнований по несколько протестов. То судьи плохо судили, то фигуранты плохо работали. На всех ведь не угодишь. А Юрка еще и не рассусоливал ни с кем, мог и по матери послать, и собачку тупой и ленивой обругать в сердцах. Вот на него особо нежные дамочки и обижались. В основном дамочки. Хотя, было пару раз, что и мужики скандалить пытались. В драку даже лезли. Как дети малые.

— Так что же, на Кузнецова зря обижались? Никаких собак он не калечил, никому не подыгрывал?

— Вот именно, что не подыгрывал! — взорвался вдруг Давыдов. — Не подыгрывал, и ни в чье положение не входил. И рукав в пасть никому не пихал.

— А так! Собачкам же помогать нужно, психику ни в коем случае не травмировать. Вот и бегают за некоторыми фигуранты с протянутым рукавом, — Петр Алексеевич дернул подбородком в сторону сваленной кучей амуниции, указывая на лежащий сверху дрессировочный рукав. Конструкция, надо сказать, была внушительной. Укрепленный внутри какой-то дополнительной защитой, рукав возлежал в полусогнутом положении, топорща внушительный локоть с темной джинсовой заплатой.

— Прямо в пасть его суют иногда, только чтобы собачка хватку обозначила. Позорище! Зато хозяева довольны. Как же! В соревнованиях участвовали, условного злодея задерживали. Гордятся, какого защитника воспитали.