Смерть на Ниле. Причуда мертвеца

— Скажите-ка, мой друг, — заговорил он. — Вы лучше меня разбираетесь в огнестрельном оружии. Может такая вещица, если ее намотать на револьвер, заглушить выстрел?

— Не может. Другое дело — глушитель.

— И мужчина, имеющий навык в обращении с оружием, это знает. А женщина — та не знает.

Рейс посмотрел на него с любопытством:

— Может быть, и не знает.

— Не знает. Она начиталась детективных рассказов, а там не все благополучно с деталями.

Рейс постучал пальцем по перламутровой рукоятке револьвера.

— Во всяком случае, этот выстрел не из шумных, — сказал он. — Вы слышите простой хлопок. А если вокруг шумят, то вообще ничего не слышно.

— Да, об этом я тоже подумал.

Пуаро взял платок, повертел его.

— Таким пользуется публика вроде Флитвуда.

— Вот-вот. У Эндрю Пеннингтона, я заметил, платок очень тонкого шелка.

— Фергюсон? — предположил Рейс.

— Им воспользовались вместо перчатки, я думаю, чтобы не оставить отпечатки пальцев. — Усмехнувшись, Рейс прибавил: — «Разгадка скромного платочка».

Он положил платок на стол и снова взял накидку, вглядываясь в пороховые отметины.

— Странно, — бормотал он, — все-таки странно...

Пуаро сокрушенно продолжал:

Рейс пытливо глядел на него.

— Знаете, — сказал он, — мне кажется, вы что-то хотите мне сказать, но, убейте, не могу догадаться — что! 

— Войдите, — отозвался Рейс.

— Прошу прощения, сэр, — сказал он Пуаро, — вас зовет мистер Дойл.

Пуаро встал. Он вышел из курительной, поднялся по сходням на верхнюю палубу и направился к каюте доктора Бесснера.

Саймон сидел на постели, обложенный подушками. Его лихорадочно пылавшее лицо выражало смущение.

— Ужасно мило, что вы пришли, месье Пуаро. Мне, знаете, нужно вас кое о чем попросить.

Саймон стал совсем пунцовым.

— Это... насчет Джеки. Мне нужно ее видеть. Как вы думаете... вы не будете против... она не будет против... если вы попросите ее прийти ко мне? Понимаете, я тут все время думаю... Несчастное дитя — она же совсем ребенок... а я так безобразно обошелся с ней... и... — Он запнулся и смолк.

Пуаро с интересом смотрел на него:

— Вы желаете видеть мадемуазель Жаклин? Я приведу ее.

— Спасибо. Ужасно мило с вашей стороны.

Пуаро отправился на поиски. Он нашел Жаклин де Бельфор в салоне забившейся в самый угол. На коленях у нее лежала ненужная открытая книга.

— Не желаете пройти со мной, мадемуазель? Месье Дойл хочет видеть вас.

Она вскочила со стула. Лицо вспыхнуло, потом покрылось бледностью. Она глядела непонимающе.

— Саймон? Он хочет видеть меня?!

Ее неспособность поверить этому умилила Пуаро.

— Вы идете, мадемуазель?

— Я... конечно, иду!

Она шла послушно, как дитя — сбитое с толку дитя.

Пуаро вошел в каюту.

— Вот ваша мадемуазель.

Она выступила из-за его спины, пошатнулась, замерла...