Смерть на Ниле. Причуда мертвеца

Покуролесил — и хватит. Пора расхлебывать эту кашу.

Пуаро чуть заметно кивнул:

— А вы знаете, что вас видели в ту ночь?

— Меня видели? — вздрогнул Тим.

— Да, в ту ночь, когда погибла Линит Дойл, один человек видел, как вы уходили от нее после часа ночи.

— Слушайте, вы же не думаете... Это не я ее убил, клянусь вам! Я места себе не нахожу. Надо же было выбрать именно ту ночь! Это просто ужас какой-то.

— Да, — сказал Пуаро, — вам пришлось понервничать. Зато теперь, когда правда вышла наружу, вы можете нам помочь. Когда вы брали ее жемчуг, мадам Дойл была жива или мертва?

— Не знаю, — хрипло выдавил Тим. — Ей-богу, не знаю, месье Пуаро. Я заранее выяснил, куда она кладет его на ночь, — на столик у изголовья. Я прокрался в каюту, ощупал столик, забрал жемчуг, положил поддельный и выскользнул наружу. Естественно, я думал, что она спит.

— Вы слышали ее дыхание? Вы же наверняка прислушивались.

Тим добросовестно задумался.

— Было очень тихо — действительно, очень тихо, но чтобы слышать ее дыхание... нет, не помню.

— Не пахло гарью, как после недавнего выстрела из пистолета?

— Не думаю. Не помню.

— Значит, мы не продвинулись.

Тим заинтересованно спросил:

— Розали Оттерборн. Она шла с другого борта и видела, как вы вышли из каюты Линит Дойл и прошли к себе.

— Так это она вам сказала.

Пуаро тихо возразил:

— Извините. Она мне ничего не говорила.

— Тогда как же вы узнали?

— Не зря же я Эркюль Пуаро! Я не нуждаюсь в том, чтобы мне рассказывали. Когда я оказал на нее давление, знаете, что она сказала? Она сказала: «Я никого не видела». Она солгала мне.

— Почему же она не призналась?

Пуаро бесстрастным голосом сказал:

— Возможно, потому, что считала убийцей того, кого она увидела тогда. Согласитесь, это было похоже на правду.

— Тем больше, по-моему, оснований рассказать вам.

Пуаро пожал плечами:

— Значит, она думала иначе.

Дрогнувшим голосом Тим сказал:

— Удивительная девушка. Много, наверное, натерпелась она от своей матери.

— Да, жизнь была неласкова к ней.

— Бедная, — обронил Тим и поднял глаза на Рейса. — Что будем делать, сэр? Я признаюсь в том, что забрал из каюты Линит нитку жемчуга, вы найдете ее там, где было сказано. Я виновен в полной мере. Что же касается мисс Саутвуд, то тут я ничего не признаю. Против нее нет никаких доказательств. Это мое личное дело, где я раздобыл фальшивое ожерелье.

— Очень правильная позиция, — пробормотал Пуаро.

Тим, кривляясь, сказал:

— Джентльмен есть джентльмен! Теперь вообразите мои муки, когда матушка начала обхаживать вас. Не настолько же я закоренелый злодей, чтобы накануне весьма рискованного предприятия безмятежно сидеть бок о бок с удачливым детективом! Кому-то, может, это по вкусу, но мне — нет. Честно говоря, я сидел и обливался холодным потом.

— Однако это не удержало вас.